Книга Золотые мятежники, страница 42 – Элис Кова

— Что это было? — наконец заговорил Каин, прислонившись к двери.

— Я пока не знаю, — тихо признался Кварех. Он все еще пытался разобраться во всех происходящих событиях и чувствовал себя слепым, не имея ни ушей, ни глаз на Рок.

— Ты просто позволил ему войти сюда…

— Каин…

— присвоить еетитул и…

— Это был неее титул! — в отчаянии прорычал Кварех. — Мы — Драконы, Каин. Мы живем. Мы сражаемся. Мы умираем. И все это от рук друг друга. — Петра знала это, и ей это нравилось. В конце концов, кто-то должен был убить ее. Она это знала. — Именно поэтому она каждый день молилась Лорду Син, понял Кварех в тот миг. — И ее смерть ничего не будет значить, если мы бросим вызов моему брату, лишив его жизни и Дома Син.

— Выбросить наши жизни? Ты думаешь, что не сможешь победить Финнира?

— Подумайоб этом, Каин. — Его друг был ослеплен своим горем. Но Кварех больше не мог этого терпеть. Он пролил слезы и пошел дальше; Каин должен был сделать то же самое. — Если бы ты или я бросили вызов, Всадники поддержали бы его. Финнир одобрил бы поединок, как Оджи.

Его друг выругался, быстро отвернувшись.

— Эта женщина, новый Мастер-Всадник, Фейи… Она кажется… другой. Ты, конечно, тоже это почувствовал?

— Она показалась мне таким же мусором, как и все остальное, что подбирает Ивеун, — прорычал Каин.

— Мусор со страшной силой.

Каин не стал оспаривать этот факт.

— Ивеун не послал бы ее, если бы не верил, что она сможет охранять Финнир. Пусть тебя не обманывает отсутствие бус.

— Она не сможет остановить всех нас.

— Вместе? Нет, — согласился Кварех. — Но это было бы актом тотальной войны, пренебрежением к дуэлям. Это было бы полным оскорблением, которое заставило бы Там поддержать Ивеуна так, как они никогда не поддерживали, — для крестового похода по нашей земле. Будущие поколения, возможно, даже не вспомнят имя Син. Если мы хотим отбросить все законы Драконов и поставить на кон все, то лучше делать это тогда, когда есть все шансы на победу.

Каин снова выругался и хлопнул кулаком по двери.

— Значит, мы должны сидеть и терпеть все это? Мы должны принять это, склониться перед ними, улыбаться в лицо этому оскорблению?

Кварех хотел бы найти другой ответ для своего друга, для себя, для их дома. Но у него его не было. Истина меняется с работой, а не с желаниями.

— Улыбаться или нет — решать тебе. Но пока что ты будешь терпеть.

— Если ты настаиваешь, Кварех'Рю. — Каин потянулся к дверной ручке.

— Каин.

Он остановился, но не повернулся.

— Мне нужно, чтобы ты был со мной. Мне нужно, чтобы ты мне доверял. Я не смогу сделать это без твоей помощи.

Каинтихо вздохнул. Когда он повернулся, Кварех мог бы догадаться о том, что он собирается сказать, по одному только выражению его лица.

— Сегодня я уже говорил тебе об этом. С момента прибытия Финнира ничего не изменилось. Надеюсь, даже твой титул.

— Спасибо. — Кварех отвернулся к окну. — Я найду способ, чтобы наша семья не просто выжила, но и процветала.

— Ради нее?

Кварех кивнул.

— Ради всех нас.

Этого ответа было достаточно. Гнев Каина рассеялся, и он отвесил небольшой поклон, прежде чем уйти. Кварех еще долго смотрел на дверь, после того как Каин скрылся за ней. Предстояла работа, много работы. Но его друг продолжал упорствовать. Кварех уже знал, что в ближайшие дни ему это понадобится.