Книга Золотые мятежники, страница 193 – Элис Кова

Я отвлекаюсь, но опять же… Я хочу, чтобы ты знала, если не больше, что я искала тебя. Что я и впредь буду следить за женщиной в белом на каждом углу, за каждым перекрестком, который я пересекаю. Ты, мой учитель, мой наставник, одна из самых талантливых женщин, которых я когда-либо знала, всегда будешь занимать место рядом со мной.

И если ты никогда не войдешь в открытую дверь, которую я для тебя оставляю, пусть будет так; знай, что я тебя благодарю. Эта сбежавшая Ворона навсегда останется в долгу перед тобой как перед женщиной, которая вытащила ее, дрожащую и напуганную, из Подземелья и еще раз показала ей свет.

Искренне,

Ф.

P.S. Я искренне сожалею о том, что случилось с Кварехом. Однако если ты сказала или сделала что-то для того, чтобы Каин был так открыт для поддержания позитивных отношений с Лумом, я благодарю тебя.

66. Арианна

Луна проглядывала сквозь облака на улицы Дортама.

Свет был достаточно ярким, чтобы тень от нее падала на мощеную брусчатку улиц, влажную и сверкающую от ночной прохлады. Это была та самая луна, которая много лет назад стала свидетелем появления Белого Рейфа, а теперь была единственным свидетелем возрождения после метаморфозы этого одинокого существа.

Арианна шныряла между задними переулками, подол ее свежеприталенного пальто хлопал по ногам.

На хвосте у нее сидели два ворчуна Рево. В них было столько упорства, сколько бывает у новичков, которых впервые выпустили «поддержать мир». Да, они были настроены решительно, но Арианну было не переубедить.

Даже в руинах и развалинах она знала тропинки и улочки лучше, чем кто-либо другой. Чем дальше она удалялась от центра Дортама, тем грубее и разбитее становилось все вокруг. Это была местность, до сих пор почти не тронутая временем, оставшаяся со времен Драконов.

Она пробиралась все глубже и глубже, зная, что рано или позднопотеряет их. Они уже устали тратить боеприпасы на пустые выстрелы.

Эта часть города находилась достаточно далеко от эпицентра саморазрушения Револьверов, и ее удалось спасти от полного разорения. Теперь Дортам был мишенью, а центром мишени — новый мегаполис, восставший из пепла старого. В стороне от центра лежали руины, которые еще предстояло отстроить. Еще дальше, в сердце Арианны, всегда будет жить мир — Старый Дортам. Здания здесь стояли под странными углами, а обвалившиеся крыши зияли дырами между неподатливыми стенами. Это был город преступников и отъявленных негодяев Дортама. Для нее он был домом.

Она ждала, спрятавшись в тенистом алькове, внимательно прислушиваясь к медленным шагам Револьверов. Они громко ругались, обсуждали дальнейшее преследование и в конце концов решили отпустить ее. Умные, аплодировала Арианна. В конце концов, она так ненавидела убивать таланты. В нынешних условиях у Револьверов его было все меньше и меньше.

Арианна вновь вышла на лунный свет и оглядела улицу, по которой шла в первый раз. Она сразу же стала знакомой. Она вспомнила звуки промышленности — сварка, стук молотков, жужжание пил, — которые наполняли воздух днем, а ночью сменялись весельем игорных салонов. Теперь здесь царила лишь тишина, которую нарушали ее шаги.

Через две улицы вниз и одну в сторону, вдоль задней аллеи, находилась лестница. Некоторые ступени отсутствовали — железо проржавело и отслаивалось, как гнилые лепестки цветов. Но основные соединения здания были еще достаточно крепкими, чтобы выдержать ее вес.