Книга Свобода, страница 92 – Кей Си Кин

— Мы работаем над этим, я обещаю, но мы решили, что обсудим с тобой больше после Рождества. Ты через многое прошла, и мы хотим, чтобы ты расслабилась и ни о чем не беспокоилась, даже если это всего лишь на мгновение. Впрочем, это твой выбор, мы можем поговорить об этом прямо сейчас, если ты так предпочитаешь. Я не отниму у тебя это решение.

Ну что ж.

Обмахивая лицо, я пытаюсь сдержать слезы, но чувствую, что вот-вот превращусь в рыдающее месиво из-за заботы, которую они всегда так щедро предлагают мне.

Я верю, что они помогут разобраться с моим отцом. Если бы все было так как они хотят, они бы напали на мою мать, заставив ее добраться до него, но я прошу их сделать это незаметно. По крайней мере, на данный момент.

Раф лихорадочно переводит взгляд с Луны на меня, вероятно, опасаясь того, что он мог сказать лишнего. Но прямо сейчас мои эмоции переполняют меня, и их доброты, смешаннойс вином, слишком много.

— Не волнуйся, папа. Мы просто подавляем ее, но в хорошем смысле, — бормочет Луна, обнимая меня за плечи. — Давай возьмем бутылочку-другую в логово, посмотрим на вампиров и оборотней, заодно поболтаем между нами девочками, хорошо?

Я киваю головой в знак согласия, на ходу подхватывая свой бокал с вином. Обходя стол, я останавливаюсь рядом с Рафом и обнимаю его за талию. Он мгновенно сжимает меня в ответ, и это напоминает мне о нашем телефонном разговоре, когда Луна только что убила свою мать.

Он был растерян, опустошен и немного сломлен, но он услышал, что я сказала по телефону. С тех пор я ценю его еще больше.

Гладя меня по голове, он шепчет мне на ухо. — У тебя есть мы, дорогая. После Рождества я введу тебя в курс дела. А пока постарайся быть собой. Я вижу тебя в этой комнате, впитывающим все эмоции, но твоя мать посеяла в твоем сознании плохие семена. Ты постоянно беспокоишься, что кто-то собирается тебя исправить.

Как, черт возьми, ему удается так хорошо меня понимать? Моя рука сжимает бокал с вином, когда его слова захлестывают меня.

— Будь собой. Никого не должны волновать твои поступки и ты не должна всем нравиться, кроме тебя, Джесс. Моя дочь видит твою силу. Боже, обычно она думает, что у всех девушек вши, но не у тебя. Верь в себя.

Он ослабляет хватку, забирая с собой еще один обломок в моей броне. Я не знаю, как признать, что люди хотят вот так поддержать меня.

Я вижу Луну, стоящую у двери и кивающую мне следовать за ней, и сжимаю руку Рафа, прежде чем последовать за ней, отказываясь встречаться с кем-либо еще взглядом.

Джулиана уже откинулась на спинку огромного серого матерчатого дивана. Большая секция могла бы легко вместить шестнадцать человек, но мы втроем сидим прямо посередине, и Луна натягивает одеяло с конца, пока мы устраиваемся поудобнее. Шторы задернуты, на журнальном столике из темного дуба стоит вино и шоколад.

Меня поражает, как в таком большом пространстве все еще удается чувствовать себя так комфортно.

В ту же секунду Луна нажимает кнопку воспроизведения на телевизоре, и я точно знаю, где мы находимся с эпизодами. Опускаясь на зефирные подушки, я бездумно потягиваю вино, пока не обнаруживаю, что бокал пуст.

Наверное, мне следует притормозить, но мое тело наклоняется вперед,чтобы взять бутылку, когда эта мысль покидает мой разум.

— Итак, Луна сказала мне, что ты говорила с Уэстом, Мавериком и Эйденом, — бормочет Джулиана, и я краснею.