Книга Свобода, страница 48 – Кей Си Кин

— Ты думаешь, что ты ‘кто-то". Берешь и делаешь все, что ты, блядь, захочешь, без последствий, — рычит Маверик, приближаясь к лицу Фрэнки, прежде чем отступить и потянуть его за волосы.

В его глазах читается боль, поскольку он все еще не видит меня, и я могу сказать, что это травма из его прошлого, усугубляющая страдания, в которых он находится сейчас. Ему это не нужно. Как бы сильно я ни хотел смотреть, как страдает Фрэнки, я отказываюсь позволять Рику терзаться его собственными демонами.

Все еще запустив руки в волосы, он поворачивается к Фрэнки спиной, и я слышу, как имя срывается с губ Маверика. Это мой знак, что с меня хватит. Возможно, я и хотел спуститься сюда и позволить Фрэнки почувствовать мой гнев, но мне придется довольствоваться этим.

Доставая пистолет, который все еще лежит у меня в кобуре, я вытаскиваю глушитель из кармана на ноге. Благодарный за быстрый душ и смену одежды, которые я успел принять, пока Джесс спала. Тем более что это дало мне больше места для хранения моего оружия, на случай, если оно понадобится.

Быстро и точно, не глядя, навинчивая глушитель на дуло своего пистолета, я не отрываю взгляда от пары передо мной. Зная, что Маверик достаточно далеко, я поднимаю пистолет, целясь прямо во Фрэнки, и нажимаю на спусковой крючок.

Раздается легчайший свист, когда пуля достигает цели, мгновенно унося жизнь Фрэнки.

Маверик разворачивается в мою сторону, бита направлена в мою сторону, но я опускаю пистолет и сохраняю спокойствие.

Быстрый взгляд на Фрэнки, и он снова поворачивается ко мне с яростью, покрывающей его лицо. — Какого хрена ты это сделал? — рычит он, его дыхание вырывается короткими быстрыми вздохами, когда он опускает биту рядом с собой.

— Потому что это явно ведет тебя по старому пути, и ты не можешь мыслить ясно. Итак, твоя боль перевешивает его. — Вот так просто. Ранее он всадил пулю в череп Джины. Это делает смерть Фрэнки моей. — Это то, что мы делаем, Рик, мы защищаем друг друга и заботимся о том, что принадлежитнам.

Он не произносит ни слова, пытаясь успокоиться, а я стою на том же месте, не желая злить его еще больше, чем он уже злится.

Кажется, проходит целая вечность, прежде чем он проводит предплечьем по лицу и прочищает горло. — Она проснулась?

— Еще нет, на тот момент когда я оставил ее спать рядом с Эйденом.

Он кивает в ответ, его взгляд наконец останавливается на безжизненном теле Фрэнки, висящем перед нами.

— Больной ублюдок продолжал называть Джессику своей ‘пчелкой’. Ему даже было все равно, когда я несколько раз порезал его или отрубил пальцы. — Его голос звучит глухо, адреналин медленно покидает его организм, когда он начинает мысленно терпеть крах от открывшегося перед ним зрелища.

Слегка сгорбленный, с прикрытыми глазами, я удивлен, что он еще не потерял сознание.

— Ты не хочешь пойти и привести себя в порядок, быть свежим к тому времени, когда Джессика наконец проснется? — Я позабочусь обо всем этом здесь.

— Хорошо, — бормочет он, медленно приближаясь ко мне. Когда он оказывается на расстоянии вытянутой руки, я тяну его за руку, призывая остановиться. Он выглядит побежденным, испытывающим облегчение и усталость одновременно.

— Если тебе нужно поговорить, сделай это с тем, кого чувствуешь нужным человеком. Не позволяй этому разъедать тебя изнутри, Рик. Мы нужны ей в лучшем виде, особенно сейчас. Ты ушел до того, как она сбросила еще одну бомбу, но ты не готов услышать это в таком состоянии.