Книга Моя родословная, страница 90 – Кей Си Кин

— Это великолепно, есть еще что-нибудь?

— У Романа был бой на мечах с членом, и Оскар позавидовал Паркеру, потому что его собственное было отвратительным.

— Почему? — спрашиваю я, захваченная магией его слов.

— "Грязный Паркер" — это акт разделения девушки пополам огромным членом, — ухмыляется он.

Прямо сейчас мне не помешал бы "Грязный Паркер", и выражение лица Кая говорит мне, что он знает, куда только что делась моя голова.

Я не знаю, что происходитс кем-либо из ребят, но есть связь, которую я просто не могу отрицать. Никто из них не жаловался, что я трахалась с Романом, но, вероятно, это потому, что они все делают такие вещи как сейчас, гладят мою руку или целуют в голову, что может быть не менее интимным и заставляет меня цепляться за контроль.

Рыжая просто смеется, особенно потому, что она тоже не привыкла видеть их нежными. Роман продолжал тренировать ее на этой неделе, в то время как я пока не могла. Я рада, что они заботятся о ней, она с каждым днем все больше выходит из своей скорлупы рядом с ними, и, хотя наши обстоятельства трудны, я вижу счастье на ее лице оттого, что она больше не одна.

Мы подъезжаем к Офисному зданию, и, хоть я могла бы сидеть здесь и позволять ему весь день рисовать нежные узоры на моей коже, нам пора идти. Выйдя из машины, я должна потратить минуту, чтобы прийти в себя, воздвигая стены, которые он просто разбил. Мой разум еще не до конца доверяет им, но, кажется, моя душа доверяет, и это постоянная внутренняя борьба, которая обычно оставляет меня на взводе.

Направляясь к Рыжей и другим ребятам, я замечаю, что все преподаватели стоят вокруг, и, похоже, они приводят в порядок документы. Я не совсем понимаю, что происходит, поэтому спрашиваю у группы. Все, включая Рыжую, смотрят на Романа, ожидая ответа, что меня не устраивает, потому что это означает, что только у него хватает смелости сказать мне.

Вздыхая, я готовлю себя к тому, что вот-вот сорвется с его губ. Когда даже он не знает, как это сказать, я начинаю расстраиваться и вопросительно поднимаю бровь.

— Черт возьми, ладно. Я не думал, что это будет сегодня, иначе я бы предупредил тебя, но, похоже, они будут раздавать задания, — быстро говорит он.

Замешательство ясно читается на моем лице, потому что я понятия не имею, о чем он говорит.

— Черт, они собираются дать нам задание другого типа. То, которое соответствует нашим родословным.

— Ты имеешь в виду, что они собираются раздавать задания по криминальной деятельности? — я удивлена, но в глубине души знаю, что не должна. Как бы много мы ни узнавали об этом мире, это был только вопрос времени, когда мы должны были начать более активно выполнять свои роли. Прошло чуть больше двух недель, а они уже навязывают нам это.

— Да, в значительной степени, —тихо отвечает Роман, потирая затылок.

Прежде чем я успеваю спросить что-нибудь еще, щелчок микрофона привлекает всеобщее внимание.

Как и в наш первый день, Барбетт Дитрихсон стоит наверху лестницы, ожидая возможности обратиться к нам.

— Доброе утро, студенты, я уверена, что вы все в восторге от своих следующих заданий. Я помню тот день, когда я посещала Физерстоун в качестве ученика, и то волнение, которое я испытала, когда наконец смогла внести свой вклад в эту великую организацию. Это все еще остается со мной по сей день.