Книга Королевство руин, страница 69 – Кей Си Кин

Я чувствую успокаивающее прикосновение кинжалов в своих ладонях, снимая два со своей груди. Ее коготь полосует меня по лицу, но я успеваю ранить ее лезвием. Я шиплю, а она поскуливает. Ее глаза сужаются,когда толпа ликует. Ощущение крови, стекающей по моему лицу, слегка отвлекает меня, пока мы снова кружим друг вокруг друга.

Вертя кинжалы в руках, я делаю глубокий вдох, вспоминая все, чему учил меня отец. Люди вокруг меня исчезают, боль на моей щеке отступает на задний план, а звуки криков и завываний испаряются, когда я сосредотачиваюсь каждой частичкой себя на враге.

Ее левая лапа сильнее ударяет по земле при следующем шаге — единственный намек для подготовки, который я получаю, прежде чем она целенаправленно бросается на меня. Стремясь использовать против нее ее собственный вес, я тоже срываюсь с места, и мы обе готовы столкнуться по середине, но в последнюю секунду она подпрыгивает в воздух, заставляя меня пригнуться и нырнуть, скользя по грязи вне пределов ее досягаемости.

Вскакивая на ноги, я остаюсь на корточках, наблюдая, как она снова поворачивается ко мне. Мое сердце бешено колотится в груди, адреналин струится по венам, и я вдыхаю его, позволяя ему подпитывать меня.

Она приседает на передних лапах, не сводя с меня глаз, ее нос подергивается, а пасть скалится. На этот раз я бросаюсь первой, отказываясь продолжать обороняться. Если она хочет бросить вызов, я брошу ей свой.

Моя хватка на кинжалах усиливается, когда я несусь к ней, но кто-то из внутреннего кольца толпы подставляет мне подножку, отчего я кувыркаюсь в воздухе. Я приземляюсь на спину с оглушительным стуком.

Дыхание вырывается из меня со свистом, когда я моргаю, глядя на луну, но в поле моего зрения быстро появляется оскаленная пасть взбешенной белой волчицы. Ее когти вонзаются мне в грудь прежде, чем я успеваю среагировать. Агония пронзает меня, заставляя кричать, направляя каждую унцию своего разума и тела на защиту.

Летиция воет, глядя в небо, и вместо того, чтобы прикончить меня, наслаждается радостными возгласами, раздающимися вокруг нее. Боль поглощает меня полностью. Какой бы вред она ни нанесла, он превышает все мои ожидания. Нужно действовать быстро, пока все не усугубилось.

Используя ее победоносную позу надо мной в своих интересах, я отбрасываю в сторону кинжалы, которые держу в руках, заменяя их кинжалами из своих сапог, и вонзаю один из них ей в левый бок, идеально воткнув его между ребрами. Ее мучительный вой достигает моих ушей, когда она, слегка покачиваясь,подается вперед, а ее широко раскрытые глаза останавливаются на мне.

Я нацеливаю другую руку на ее правый бок, готовая сделать то, что необходимо. — Больно? — хриплю я, глядя на нее, несмотря на то, что мое зрение размывается от моей собственной боли. Ее тихое поскуливание — тот ответ, который мне нужен. — Это потому, что эти кинжалы немного более особенные, чем тот, которым я тебя полоснула. Хочешь угадать, почему? — Я поворачиваю лезвие, ее агония вибрирует между нами, и она клацает зубами у моего лица, но не касается меня. — Думаешь, дело в том, что они сделаны из серебра? Если так, — ты угадала. — Я чувствую, как мои губы растягивает маниакальная улыбка. — Сейчас он лишь один, поэтому он не сильно отравляет твой кровоток, но, когда и второй пронзит твое тело, это изменится очень быстро. — Я киваю на свою другую руку, готовую вспороть ее плоть. Глядя на нее, все вокруг нас исчезает, и я предлагаю ей ультиматум: — Сдавайся, или я пущу в ход второй.