Книга Королевство руин, страница 116 – Кей Си Кин

Нависая над ней, я хочу продолжить, вбивать ее лицо в пол и избавиться от ее бреда раз и навсегда. Но голос моего отца в голове снова останавливает меня.

Милосердие.

Гребаное милосердие.

Она его больше не заслуживает.

— Из-за тебя мне становится все труднее и труднее просто не убить тебя, — рычу я, убирая волосы с лица. Она зажимает нос, и по ее подбородку стекает кровь.

— Подожди, пока мой отец не услышит об этом, — кипит она, и я усмехаюсь.

— Я полагаю, он уже пытался добиться моего исключения. Что-то пошло не так?

— На этот раз все получится.

Я закатываю глаза. — Удачи с этим. — Вставая, я делаю шаг назад, и она вскакивает на ноги, а двое ее друзей подбегают к ней, и затем они направляются к выходу. Она никогда не научится. Она настойчива, это точно. Уже дважды она устраивала мне сцены, которые заканчивались физическими расправами, и оба раза ей было хуже. Может быть, в третий раз я совсем сорвусь.

— Ее отец пытался добиться твоего исключения? — Кассиан хмыкает, нахмурив брови, и я киваю.

— И твой. Родители кого-нибудь еще хотят добавить свое имя в список? — Спрашиваю я, глядя на Броуди, Рейдена и Крилла.

— Это горячо, когда она злится, — заявляет Крилл, отчего у меня отвисает челюсть, когда я смотрю на него.

Флора хихикает, пока я не перевожу взгляд на нее, и тут же прикрывает рот рукой, но ее лицо быстро хмурится, когда она указывает на меня.

— У тебя идет кровь.

Я подношу руку к волосам, ощущаю знакомую густую жидкость под пальцами и вздыхаю.

Вокруг меня развевается ветерок, и секунду спустя Кассиан стоит передо мной. Его взгляд устремлен на мою голову, на рану, которая вновь открылась после прошлой ночи. Его челюсть сжата в твердую линию, когда он протягивает руку, чтобы провести по ней. От его прикосновения расцветает тепло. Инстинктивно я паникую, что мое тело снова слишком остро реагирует на него, но быстро понимаю, что это магия танцует на моей коже.

Прежде чем я успеваю отреагировать, он наклоняется вперед, прижимаясь губами к моей макушке. — Все зажило.

Я таращусь на него, не в силах подобрать язвительных слов, чтобы заставить его отступить, когда ревет сирена, встряхивая меня.

— Что это значит? — Спрашивает Флора, когда все начинают вставать, и у Рейдена есть ответ.

— Это значит, что декан готов произнести речь.

ТРИДЦАТЬШЕСТЬ

АДДИ

A

дреналин все еще бурлит во мне, когда я следую за толпой на улицу. Я прекрасно осознаю, что все, кажется, предпочитают держаться от меня подальше, и я это ценю. Может быть, попытки Вэлли заставить меня сдаться сработали в мою пользу. Я не хочу, чтобы все слишком сильно меня боялись, но, по крайней мере, они знают, что я не слабая.

— Куда мы должны идти? — спрашиваю я, наклонив голову к Флоре слева от меня. Арло идет с другой стороны от нее, и хотя я чувствую, что поблизости крутятся и остальные придурки, они не вызывают раздражения больше, чем обычно.

— В наш класс, — объясняет Арло, и я киваю в знак согласия, когда мы направляемся в том направлении. Когда мы подходим ко входу, я замечаю в стороне Вэлли, которая драматично всхлипывает, показывая на свой окровавленный нос, а затем ее палец с красным ногтем направляется в мою сторону.

Профессор Холлоуэй, наставник вампиров, следует за направлением ее вытянутой руки, хмуро глядя на меня, продолжая слушать всю ту чушь, которой ее пичкает Вэлли.