Книга Королевство руин, страница 103 – Кей Си Кин

Ее голова со стоном откидывается назад, ее ногти впиваются в плоть на моей шее, пока я повторяю это движение снова и снова.

Все, что я слышу, — это ее дыхание, все, что я вижу, — это эйфорию в ее глазах, все, что я чувствую, — это то, как ее горячая киска охватывает меня, и все, что я могу попробовать, — это сладкие остатки ее губ на моих.

Усиливая хватку, прижимая ее к дереву еще сильнее, пока не убеждаюсь, что на ее спине останутся отметины,когда мы закончим, я слегка меняю угол наклона.

— Черт возьми. Вот так. Прямо здесь, — стонет она легким, почти капризным голосом, за мгновение до того, как вскрикивает от удовольствия. Ее сердцевина сжимается вокруг моего члена, забирая у меня все, когда она достигает оргазма.

Видеть ее, слышать ее, ощущать, как она распадается на части, — это слишком. Никогда в моих самых смелых гребаных мечтах ничего не было таким… как это.

Я не могу сдерживаться. Я не хочу.

Мой лоб опускается на ее плечо, а пальцы впиваются в ее бедра, когда я нахожу разрядку. Мои движения становятся неровными, отчаянными и опьяняющими, пока накатываем волна за волной удовольствия.

Медленно, как только я могу хотя бы подумать о том, чтобы пошевелиться, я снова опускаюсь на колени, укладывая ее на траву, прежде чем вытащить свой член. Мои веки закрываются, когда я пытаюсь отдышаться.

— Твою мать. — Мои слова вырываются хрипом, горло горит от черт знает чего, когда я заставляю себя снова открыть глаза, чтобы посмотреть на нее. Я мгновенно хмурюсь, когда обнаруживаю, что она стоит передо мной, натягивая брюки на место, прежде чем начать поправлять топ и лифчик. — Что ты делаешь?

— Ухожу.

— Пока нет, ты не уйдешь, — ворчу я, в моей голове чертов водоворот мыслей, которые я не могу собрать воедино.

— Уйду, — заявляет она, потянувшись за своим плащом. Она набрасывает его на плечи, как будто я не лежу как дрожащее месиво на земле.

— Нам нужно поговорить об этом, Адди.

— Нам не нужно ни о чем говорить, Броуди. — Она бросает на меня многозначительный взгляд, как будто это конец, но это так далеко от истины, что она даже не догадывается.

— Адди. — Это мольба, гребаная мольба срывается с моих губ, и в ответ она дарит мне то, что я могу описать только как сочувственную улыбку.

Присев передо мной на корточки, она наклоняется вперед, запечатлевая легкий, как перышко, поцелуй в уголке моих губ.

— Спасибо, но ты был средством для достижения цели.

— Что, блядь, это значит? — Рычу я, мой член все еще полутвердый и обнаженный с презервативом на нем. Я в полном ахуе. Гребанном ахуе. Это все ее вина, и я ничего не могу с этим поделать.

— Это значит, что ты вытрахал меня из свой головы, и я позаботилась о том, чтобы Кассиан отъебался от меня нахуй, — объясняет онас улыбкой, снова вставая.

— И как это понимать? — Спрашиваю я, заинтригованный тем, где находится ее голова, поскольку в моей полный бардак.

Она пожимает плечами. — Я трахнулась с его другом. Теперь он оставит меня в покое.

Я смеюсь. Этот звук придает мне сил встать и снять презерватив с члена, прежде чем спрятать его в штаны. Она стоит и хмурится, глядя на меня, когда мой смех переходит в усмешку.

— Что смешного? — Она не смогла удержаться от вопроса, и неуверенность в ее глазах только подтверждает, что она не готова к ответу.