Книга Царство крови, страница 19 – Кей Си Кин

В глубине души я знаю, что на самом деле не удивлюсь, когда он побежит в ногу со мной. Его темп совпадает с моим,наши руки движутся синхронно вдоль туловища, но, к моему шоку, его рот остается закрытым.

Поглядывая на него краем глаза, я прикидываю степень его угрозы, но ничего не нахожу. Когда мы огибаем фонтан и направляемся к внешнему периметру, я не могу не нарушить молчание.

— Мне не нужна компания, Броуди. — Он ничего не отвечает, что заставляет меня нахмуриться и посмотреть на него. Он одаривает меня широкой улыбкой и подмигивает, проникая под мою кожу так, как, кажется, умеет только он. — Что? — Он прижимает палец к губам, заставляя мои глаза сузиться еще больше. — У меня от тебя болит голова.

— Я не сказал ни слова, — выпаливает он, уставившись на меня.

— Вот именно, — ворчу я, тряся головой, пытаясь избавиться от растущего напряжения.

Он настойчивый и немного раздражающий, но, если я притворюсь, что его здесь нет, все будет хорошо. Приняв решение, я делаю глубокий вдох и сосредотачиваюсь на своем ритме. Он молча остается рядом со мной, пока мы пересекаем территорию академии, и мне удается бежать, не отвлекаясь на него.

Когда мы сворачиваем за поворот и в поле зрения появляется лес, я чувствую себя немного легче и немного менее напряженной, поскольку мир вокруг меня становится ярче. Здесь, наедине с природой, я иногда вижу больше перспективы, и теперь, когда мой разум проясняется, я могу сосредоточиться на всем, что произошло за последние двадцать четыре часа. Моя единственная проблема заключается в том, чтобы понять, с чего вообще начать.

Наш темп, естественно, замедляется, когда мы пробегаем между деревьями, и знакомое упавшее бревно напоминает мне о воспоминаниях, которые появились у меня здесь, хотя мы пробыли в кампусе совсем недолго. Когда мы приближаемся к месту, где мой партнер по пробежке трахнул меня, он полностью останавливается. К моему большому раздражению, я замедляюсь рядом с ним.

Я — дура.

Настоящая чертова дура.

Он поворачивается ко мне, его руки уверенно упираются в бедра, а голова слегка наклонена набок.

— Вчера было слишком много всего, даже для меня как наблюдателя. Поэтому я не могу представить, что ты чувствовала, и, думаю, мне просто не нравится мысль о том, что ты сейчас одна.

Я хмурюсь, пока он машет рукой между нами, пытаясь объяснить, почему бегает вместе со мной.

— Я прекрасно справляюсь сама, —это все, что я могу сказать. Я та, кто заботится о других, а не наоборот, и мне совсем некомфортно, когда все происходит иначе.

— Я в этом и не сомневаюсь.

Теперь, когда мы полностью остановились, знакомая боль разливается по моим конечностям, и я начинаю разминать руки и ноги, регулируя дыхание, надеясь, что между нами вновь установится комфортная тишина, ведь он ясно дал понять, что уходить не собирается.

Любые надежды разбиваются вдребезги, когда он делает шаг ко мне.

— Что было самым худшим?

Сердце вздрагивает, только один раз, и грудь сжимается. Это довольно глубокие переживания. Не знаю, хочу ли я заходить на эту территорию в одиночку, не говоря уже о разговоре с кем-то другим.

— Ты о чем?

Моя попытка прикинуться дурочкой терпит неудачу, когда он приподнимает бровь. — В прошлой ночи.

Я качаю головой, несмотря на две первые мысли, пришедшие мне в голову. Одно я знаю наверняка: Кассиан понятия не имел.