Книга Суд истины, страница 6 – Кей Си Кин

Мой отец откашливается, когда я поднимаюсь во весь рост, привлекая мое внимание к нему. Он одаривает меня ровной улыбкой, когда его взгляд останавливается на мне. — Теперь, когда Фэйрборн не доступен, тебе нужно назначить нового советника.

— Он выглядит более чем недоступным, — ворчит Броуди, говоря именно то, о чем я думала, когда подхожу к отцу. Я кладу руку ему на плечо, на этот раз молча предлагая утешение, и пытаюсь мудро подобрать свои следующие слова. Как бы сильно я ни переживала предательство Фэйрборна, я не могу представить, что это значит для моего отца. С этим человеком связано нечто большее, чем кажется на первый взгляд, и я не могу представить, что это его первый актпредательства, но моему отцу пока не нужно слышать о моих подозрениях на этот счет. Не тогда, когда мне нужны ответы от него тоже.

— Я думаю, что заслуживаю лучшего понимания того, что требуется, и с чем мы сталкиваемся, прежде чем я назначу кого-либо на что-либо. — Он сразу понимает, что я имею в виду, и на мгновение опускает голову с оттенком стыда, прежде чем глубоко вздохнуть.

— Мы скоро поговорим, я просто…

— Мы поговорим сейчас, папа. Я даже не знала, что у тебя есть сестра, — перебиваю я, чувствуя, как моя вспышка снова приближает всех. Я почти ожидаю, что Нора бросится на его защиту, но, к моему удивлению, она по-прежнему поджимает губы у него за спиной.

— Она не стоила упоминания, — ворчит он, качая головой.

— Я бы сказала по-другому, исходя из событий сегодняшнего вечера, — отвечаю я, стараясь говорить как можно спокойнее и нейтральнее. — Я прошу не о каждой детали, но о чем-нибудь, о чем угодно, — заявляю я, сознавая, что мои слова звучат почти умоляюще.

Его глаза останавливаются на моих, я не уверена, что именно он ищет, но, тем не менее, он делает глубокий вдох. — Клементина родилась, когда мне было два. У вас, девочки, одинаковая разница в возрасте. — В его глазах появляется грусть, но он стряхивает ее. — Она всегда была сложной, всегда доставляла неприятности и всегда хотела того, чего не могла иметь.

Я ничего не могу с собой поделать, я наклоняю голову, чтобы многозначительно взглянуть на Нору. Она таращится на меня, но вместо ответа ее взгляд возвращается к нашему отцу.

— Она убила твою мать?

— Среди прочего, — отвечает он, и на его лице отражается поражение, когда он потирает лицо рукой.

— Прочего? — Я подталкиваю, отчаянно желая большего.

— Например, несколько раз покушалась на трон, прежде чем я заточил ее в драгоценный камень.

— Покушалась на твою жизнь? — Я спрашиваю, не желая, но нуждаясьв том, чтобы знать, и подтверждающий кивок, который он дает в ответ, разрывает мне сердце. Как этот человек, окруженный такой тьмой, умудрялся так заботиться о Норе и обо мне? Как он смог подняться над всем этим и при этом оставаться хорошим человеком? Не думаю, что когда-нибудь пойму. Качая головой, я заставляю себя присутствовать при том, как у меня скручивает живот, напоминая мне о другой вещи, которую он упомянул:об аметисте. — Какова была вероятность того, что она была заточена именно в моем аметисте «Поцелуй смерти»?

В ту секунду, когда отец качает головой, я уже знаю свой ответ. — Что-то подсказывает мне, что это было дело рук Фэйрборна.

Тишина танцует в воздухе, окутывая всех нас. К счастью, она не отягощена тревогой, это просто атмосфера разочарования. Которая, каким-то образом умудряется ощущаться еще хуже.