Книга Дитя для двух королей, страница 67 – Надежда Олешкевич

На губах заиграла кровожадная улыбка. Я перенес Наталью на кровать, накрыл одеялом, лег рядом.

Грелся…

Я смотрела на Давира из-под полуопущенных ресниц. Делала вид, будто увлечена чтением. Поглаживала умостившегося на моих коленях линая, который во сне подергивал передними лапами. Наблюдала.

Правитель занимался вопросами подданных. Просматривал донесения, оставлял заметки. А ведь я ни разу не воспринимала его, как короля. Да, мужчина, сильный опасный. Но управление страной… это что-то за гранью. И теперь я стала свидетельницей, как к нему приходили люди, отчитывались о проделанной работе, приносили донесени, просьбы. А он выслушивал, отдавал приказы. Решения принимал незамедлительно, был строг, хмур, грозен. Подчиненные его побаивались и с нескрываемым удивлением поглядывали на меня, задаваясь вопросами.

Что я забыла в его кабинете? Почему сидела в отдалении с линаем на коленях и читала? Кто я вообще такая?

Признаться, я тоже мысленно спрашивала себя о чем-то подобном. Но ответ был прост, и Давир озвучил его сразу: я не спущу с вас глаз.

И верно, все три дня мы были вместе. Я ни на миг не оставалась одна. Постоянно была в поле его зрения, даже в уборную ходила с открытой дверью, что особенно раздражало меня.

Однако монахини не дремали. Они напомнят о себе в любой момент и заберут меня. Правда, совсем не их опасался Давир.

Мужчина больше не срывался. Нет, порой его глаза снова наливались алым, а вокруг них появились пугающие нити вен, однако до крайности больше не доходило. Он утром и вечером наносил на вторую метку охлаждающую мазь, благодаря которой она не чувствовалась вообще. Целовал в шею, плечи. По-прежнему называл своей леди, но в остальном ко мне не прикасался. При этом заверял, что не брезгует и понимает свойство арис, что попросту не хочет подпитывать свой знак на мне, чтобы он не созрел окончательно. Словно давал мне шанс на отступление.

Как выяснилось, если бы я пробыла с ним ту неделю, то потом стала бы от мужчины зависима. Метка начала бы влиять на меня. Я страдала бы в отдалении, не могла бы провести без него и пары дней, потому что чувствовала бы эмоциональное напряжение.

Это возмутило!

Я долго злилась на правителя, как только услышала о его намерении таким грубым образом привязать меня к себе, и даже не поверила, что все работало бы в обе стороны.

Да это просто глупо! Зачем ему самому ограничиватьсвою свободу? Можно хоть двадцать таких меток поставить, сделать гарем из жены, любовниц и жить, утопая в ласке и любви, ничего взамен не отдавая.

Однако Давир не такой. Не будет у него много любовниц, уверена. Да даже одной не будет.

– Моя леди? – отвлекся от своих бумаг мужчина, заметив мое повышенное внимание на его руках.

Я решила отвести взгляд, но не смогла. Не хотела. Мне нравилось наблюдать за ним, нравилось его присутствие, само понимание, что я под надежной защитой. Это упоительное чувство, когда любые невзгоды казались пустыми, даже монахини и болезнь сестры. Давир пообещал, что найдет путь в мой мир, хотя про лекарство не обмолвился ни словом. Не верил в его существование.

Он решительно направился ко мне, сел передо мной на корточки. Взял обе мои руки в свои. Трепетно и нежно.

Вот как можно быть таким, а?!

– Хочу преподнести вам подарок, моя леди, – улыбнулся.