Книга Булочка для сыскаря, страница 2 – Александра Гусарова

– Будто ты подобных речей не говоришь! – обиделся друг.

– Говорю, – вздохнул он. – Но мне не хотелось бы лишиться вашего крепкого плеча рядом. А я уж как-нибудь выкручусь!

Силы Эдгара были, конечно, велики, но не безграничны. И сэру Юстасу осталось лишь покачать головой и пожелать, чтобы молодой друг не столкнулся с тем, что пришлось пережить ему в свое время.

***

– Евка! Петрова! Наконец-то! Ты даже не представляешь, как мы тебя заждались! – крепкая фигура помощника прокурора выросла передо мной, не давая пройти в свой кабинет. – Ты даже не представляешь, как я тебя ждал. Точно больше всех!

А я как раз и представляла. И нет, Леня Крупин не был в меня влюблен. В меня вряд ли может влюбиться нормальный мужчина при моем весе в 100 килограмм и росте 175. Мужчины гренадерш не любят. А иным словом обозвать мою корпулентную фигуру вряд ли получится. Просто из районной прокуратуры, в которой я третий год трудилась следователем, меня первую отправили в отпуск в феврале. А Крупин должен был уйти следом за мной. Этим и объяснялась его радость.

– После работыжду в всех в красном уголке! В отличие от некоторых я перед отпуском проставляюсь! – коллега подмигнул мне и исчез за дверьми кабинета. Красным уголком мы называли по старинке некое подобие актового зала в нашем помещении. Откуда пришло это название, я не знала. Но говорили, что так звали места, где проводили агитацию во времена Советского Союза.

Все понятно, коллега опять притащил трехлитровую бутыль со своим самогоном, которую гордо именовал четвертью. Само убойное пойло могло свалить с ног любого, даже здорового мужика. Но как он утверждал, самогон, настоянный на можжевельнике, был не просто спиртным напитком, а самым настоящим жизненным эликсиром. И он им лечил все известные заболевания, начиная от простуды и заканчивая камнями в почках. Как ни странно, последнее он действительно вылечил. Я потом прочитала, что можжевельник растворяет ураты, из которых камни чаще всего состоят. И даже прониклась к этому напитку уважением. Но пить все же не рисковала.

А сейчас сидела, уставившись на гору бумаг, скопившуюся в мое отсутствие. Отпуск был всем хорош всем, кроме того, что дела еще никак не научились делать себя сами. Понятно, что самые срочные вели помощник и зампрокурора. Но основная рутина дожидалась меня.

Я всегда мечтала работать опером. И даже пыталась поступить в школу полиции. Но как оказалось, там нужно было сдавать нормативы по физкультуре. А еще лучше иметь спортивный разряд не ниже первого взрослого. А какой у меня мог быть разряд? Разве что по сумо. Только я этой экзотической борьбой как-то не увлекалась. И когда мне после обычного юрфака предложили должность следователя прокуратуры, даже обрадовалась. Там, слава Богу, брали без нормативов.

А почему в прокуратуре не требовали отменного физического здоровья, я поняла, лишь приступив к работе. Следователь прокуратуры – это настоящая бумажная душа. Нам приносили собранный материал из полиции о наиболее тяжких преступлениях, а я должна была его изучить и вынести решение о том, возбуждать уголовное дело или нет. И если решала возбуждать, то перекладывала пачку документов из стопки с этими самыми материалами в другую под названием «Уголовные дела». И с этой минуты прокуратура включалась в данное расследование по полной.