Книга Метод Кавана, страница 101 – Кира Уайт

Вопреки этому, откидываюсь на спину и пару минут лежу, не двигаясь и прислушиваясь к внутренним ощущениям. Чувствую себя отдохнувшей,но не полностью. Рука в месте пореза пульсирует, и я делаю мысленную пометку добраться до обезболивающего, как только Кейд освободит ванную. Да и ему заодно предложить. В остальном я до сих пор не знаю, как поступить.

Отдых, который требовался мне после произошедшего, получен, но стратегия волшебным образом не озарила сознание. Только мне и никому больше принимать решение, касающееся освобождения Кэсс, но я понятия не имею, какое будет верным. Точнее, не так. Я знаю, что правильно будет оставить все как есть и смириться, но все внутри противится этому. Я слишком люблю Кассандру, которая за эти годы стала мне больше сестрой, которой у меня никогда не было, чем подругой, и я не могу бросить ее страдать, а сама продолжить жить как ни в чем не бывало. Это же Кэсс. Моя Кэсс, и ей сейчас одиноко и страшно.

С шумом выдыхаю и резко сажусь, отбросив плед в сторону. Нужно двигаться, занять себя чем-то, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, высасывающих из меня жизненные силы.

Собираю диван и отношу подушку и плед в спальню, где, на удивление, царит идеальный порядок. Кейд аккуратно заправил постель. Не так, как я привыкла, но тоже сойдет. Бросаю подушку на место, а плед убираю в шкаф, прежде чем вернуться на кухню и приступить к приготовлению завтрака.

Протираю столешницу и сдвигаю в сторону стопку старых газет, чтобы не мешали. Нахожу в ящике готовую смесь для оладий и включаю кофемашину. За привычной суетой не замечаю, как проходит время. Кейд появляется на кухне в тот момент, когда я выливаю на сковороду тесто для второй порции. Быстро смотрю на него через плечо. Он выглядит отдохнувшим, под глазами больше нет темных кругов, а к лицу вернулся румянец. Из-за влаги волосы кажутся темнее обычного, а на шее застыло несколько капелек воды, которые он пропустил.

– Разбудил тебя? – спрашивает Кейд.

Мотнув головой, возвращаюсь к прерванному занятию.

– Нет. Это все солнце. Как себя чувствуешь?

– Нормально, – отзывается он, становясь справа от меня и упираясь бедром в край раковины. – У тебя удобная кровать.

Кошусь на него и кладу ложку в пустую миску.

– Знаю. Как твоя рана? Могу принести обезболивающее.

– Терпимо, – отзывается он и жестом указывает на сковородку. – Могу здесь закончить.

Несколько раз моргаю. Он предлагает доделать завтрак?

– Если обещаешь не спалить квартиру.

Кейд широко улыбается и прикладывает к груди руку, едва заметно нахмурившись, вероятно, когда нечаянно задевает порез, и насмешливо произносит:

– Обещаю.

– Хорошо, я быстро.

Ухожу в ванную, где за несколько минут привожу себя в порядок. Достаю из шкафчика пузырек с таблетками, принимаю сразу две, запивая водой из-под крана, и возвращаюсь на кухню, где уже все готово. Кейд разложил оладьи по тарелкам, налил в чашки кофе и расставил вазочки с медом и джемом. Посреди стола расположилась невысокая ваза, не помню, когда пользовалась ею в последний раз, а в ней бумажный цветок, сделанный руками Органа. На миг замираю на пороге, но прохожу в комнату, не переставая таращиться на цветок. Жестом указываю на красиво свернутые из старой газеты лепестки и протягиваю Кейду обезболивающее.

– И когда ты только успел? А главное – зачем?