Книга Пари на практикантку, страница 11 – Марина Ружанская

Так что поднимайся, Хлоя, ноги в руки и на работу марш!

…Надо ли говорить, что остаток дня не задался.

Впрочем, как и следующее утро.

— Твоя так называемая «работа» тебя доконает, киса! — мелодично ругался Фин, которого я подняла с кровати на рассвете.

Заслушаться можно!

Всегда удивлялась, как может даже самая грубая брань на староэльфийском звучать так, будто мне читают балладу, а не ругают по матушке.

Со слов Фина эта женщина должна была иметь экстравагантную биографию и весьма оригинальные способы времяпрепровождения, по причине которых и родилась я. От кого именно уточнять не будем.

Но надо отдать должное. Друг хоть и ругался за то, что я его подняла ни свет ни заря в пять утра, и в целом на мою дурость, тем не менее прилежно лечил полученные мной синяки, ссадины и шишки.

М-м-м… маги-целители — лучшие люди на свете! И нелюди тоже.

— Такое же не каждый день. Сегодня просто не повезло. И, думаешь, официанткой работать приятнее и безопаснее? — я ойкнула, когда эльф излишне резко потянул локоть. — Плавали, знаем. Помнишь того борова, который пытался завалить меня за стойкой суши-бара? А деньги-то мне все равно нужны. Богатого жениха, который предложил бы мне руку, сердце и свой кошелек, я тоже не наблюдаю.

— Радуга моей печени, — фыркнул Финарфин. — Я тебе уже сто раз говорил, что за квартиру и еду можешь не отдавать. Мне вполне достаточно того, что ты одним своим присутствием отгоняешь от дома толпы восторженных девиц, мечтающих о дефлорации с наследником дома Финвэ.

В отличие от меня, с деньгами у Фина проблем не было. Родители, атакже бесчисленные бабушки, дедушки и четвероюродные тетушки буквально заваливали любимого мальчика купюрами и подарками.

Но не хлебом единым жив человек.

А как же моя мечта о машине? Я уж не говорю о простых девичьих радостях вроде маникюра и новых туфлей или даже просто о шампуне для волос. На словах-то Фин щедрый, но на деле вряд ли обрадуется если я начну пользоваться его бальзамом для волос стоимостью в чугунный мост.

Хотя все знакомые и незнакомые давно считали нас парочкой.

Даже мать Финарфина, благородная леди Миримэ, как-то скрипя зубами заявила, что была бы не прочь, если бы мы наконец узаконили наше сожительство. И хотя это мезальянс в чистом виде, но она так и быть научит меня пользоваться ножом для устриц.

После моего предложения вскрыть этим ножом не устричную коробку, а черепную, вопрос отпал. Уж не знаю, как и что объяснял любимой матушке Фин, но больше эта тема не поднималась.

А мои совесть и гордость не позволяли сесть другу на шею и уютно свесить ножки. Поэтому я отдавала свою часть денег на квартплату и еду и не разрешала нашим отношениям перейти грань между дружбой и постелью.

— Слушай, я не занимаюсь чем-то незаконным, — попыталась я вновь воззвать к здравому смыслу. — Всего-лишь… м-м-м, сфера услуг. Да и моего лица все равно никто не видит и не знает.

— А как насчет морального облика госслужащего, рыбонька? Ты ж теперь официально служишь в управлении элитной спецслужбы, — резонно возразил эльф театрально приподнимая бровь, запахивая полы шелкового халата и наливая сливки в чашку с кофе.

— Прохожу стажировку, — занудно поправила я, торопливо откусывая бутерброд.

— Без разницы, — отмахнулся друг. — Про «сферу услуг» это ты своему капитану Кортесу будешь через месяц-другой объяснять. Попомнишь мои слова. А если не повезет, то и раньше.