Книга Княжий венец, страница 40 – Анна Михайлова

- Еще и ученая… Диво как интересно боги судьбу закручивают. Что ж подумаю о сем. Тамирис, значит?

- Да, госпожа.

- А спину-то гнуть в поклоне не научили… Ну-ну, - насмешливо поддела ее женщина и царственно выплыла из комнаты.

Тами медленно выдохнула. Вот же ж… Постоянно забывает, что теперь не ровня она окружающим. Подобострастие должно быть и угодливость. Смирение, наверное,и что-то еще. А она, ну никак, этого изобразить не может! Перед зеркалом потренироваться что ли? Хотя сейчас оно уже и не к чему. Вот вернется волхв – переговорить с ним нужно про поездку. Вечером выловить десятника и с ним условиться. Хочется верить, что не передумает, не отступит. Еще узнать нужно, всех ли припасов закупил или еще что потребуется. Фу-ух, дел много. Тут уж явно не до кривляния рожиц. Когда дорога намечается в один конец.

- Искал? – Драгомир не задумываясь зашел в кабинет князя. Тот сидел за столом, по обыкновению зарывшись в бумаги. Странно, но помимо отчетов кругом были карты. Нешто в поход собрался?

- Заждался.

- Любопытство поди, замучило? – ухмыльнулся волхв, поудобнее усаживаясь в кресло для посетителей. Мало кто разрешал себе такое, да еще без разрешения хозяина кабинета. Вот только слишком давно дружили мужчины, и прошли через многое. А потому не было меж угодничества или подобострастия. Вокруг подобного хватало, чтобы начать ценить главное – дружбу, проверенную временем.

- А разве не должно? – прищурился князь.

- Рассказать не хочешь, зачем по ночам в Логове шастаешь? Неужели на рысят облизываешься? Своих девок мало?

- Я что – самоубийца? За них мне Яра голову откусит и не поморщится.

Мужчины синхронно ухмыльнулись. Не понаслышке оба знали про крутой норов Яры-воительницы. Со своих три шкуры дерет, но и зубами рвать будет за них же. Не посмотрит, кто перед ней.

- Тогда что?

- Амбарные книги проверял. Вдруг недостача какая. За недогляд потом Яра с твоей жены спросит, а ты сам говорил, что она с цифрами не дружит.

- Зубы заговариваешь… Ну да ладно, дело твое. Чай не мальчик.

Чтобы отвлечься от вспыхнувшего в голове видения горячего танца, князь поднялся и отошел к маленькому столику. Там, укутанный, упаривался в особой емкости горячий взвар на меду да со специями. Самое то в сырую погоду. Плеснул в две кружки и вернувшись, протянул одну другу. Духмяный аромат поплыл по комнате, щекоча ноздри.

- Расскажи лучше, что с девкой пришлой? Что за «Говорящая с Тьмой» такая?

- Про болотников слышал поди? – перестал улыбаться волхв. - Нечисть новая с болот идет. Мертвяков кто-то подымает. Да так, что даже мы, волхвы, сделать ничего не можем. Друг мой, Перунов слуга, пострадал, когда остановить их пытался. Едва выжил. Почти что по кускам его собирали, да только помирал он, я помочь не смог. А девка эта, плясунья, смогла. Всю тьму вчера из него вытянула. На моих глазах это было.

Князь откинулся в кресле. Лицо по привычке было невозмутимым, только в сине-зеленых глазах удивление и масса вопросов. И расчет вариантов развития событий. Значит все же не просто смазливое личико… И отчего от новости этой кровь лишь сильнее по жилам заструилась? А желание завладеть ею, подчинить лишь сильнее стало.Тряхнул головой Велеслав, пытаясь холодный разум вернуть.

- Друг твой сейчас в добром здравии?