Книга Княжий венец, страница 220 – Анна Михайлова

- Отныне они – жених и невеста!

Мимолетно успевает Тами огладить его руку, едва-едва соприкоснувшись пальцами. И этого нельзя, но раз не видит никто…

- Люблю тебя, мой свет! – шепчут его губы.

- И я тебя люблю, мой десятник…

Яра не была бы Ярой, если бы не воспользовалась ситуацией. Для снятия напряженности надо было обязательно что-то придумать, чтоб не смотрели горожане на валорцев волками. Пусть и отправил после обручения каган армию домой, оставив только личную охрану и небольшой отряд для обратной дороги, да только не скоро забудут миргородцы его полчища под стенами. Хоть и гуляли по городу слухи, что-де «это наш князь самолично рать злую разогнал. Нагнал на валорцев страху, затребовал орду убрать. Те и послушались, как миленькие».

Страх у горожан ушел, а недовольство осталось. Вот его и надо было устранить, чтоб не вспоминали, что и будущая жена князя – тоже валорка. Раз было зло Миргороду от соплеменников ее, то и она такая же. Не совсем своя, значит худое замыслить может. Потом любой недород али мор будут на нее валить – мол, чужачка на троне злое ворожит. Не надобно людское недовольство на самотек пускать, в бунт оно может легко перерасти. Значит – убираем это недовольство на корню, еще в зародыше.

А заодно хорошо бы сыграть на боевом духе горожан – что может быть лучше, чем организовать развлечение совместное? Вот Яра через Джанибека уговорила кагана устроить состязание между его личной гвардией и младшей дружиной князя. Разумеется, самолюбие валорское не дало отказаться. Это же битва – это то, что у них в крови! Да и утереть миргородцам нос страсть, как хотелось. Раз уж войны не случилось.

Учитывая количество желающих поглазеть на невиданное – пришлось срочно сооружать площадку деревянную с лавками для зрителей и помост повыше для высоких гостей. С трех сторон закрыли его плотной, промасленной тканью, чтоб не обдувало на осеннем ветру, да жаровни поставили для теплолюбивых гостей. Хотя погода удивляла – солнце светило скупое, осеннее, окрашивая золотом еще не до конца облетевшие деревья. А мелкий дождь если и шел, так только с утреца, для свежести. Драгомир на вопрос Яры про погоду лишь скупо улыбался, делая невинные глаза.

На помосте два трона для правителей рядом стояли, для свиты сколотили лавки, бархатом обитые и с подушками цветными под спины. И удобно, и лишний раз подчеркнуть, что тоже не лыком шиты. Для гостей ничего не жалко.

Обычный люд на лавках едва ли не с утреца расселся. Приоделись ради необыденного зрелища, самое лучшее из сундуков повытряхивали. То тут,то там пестрели яркие платки на головах у женщин, мягко позвякивали бусы да височные кольца. Кто-то полночи обшивал старую шапку да воротник новым куском бархату али меха, чтоб не хуже других. Эх, снега пока нет, чтоб мех как следует почистить, чтоб заблестел да распушился.

Многие зрители принесли с собой корзинки со снедью и питьем горячим. В ожидании начала зрелища чего не поснедать? А внизу еще и торговцы прохаживаются, соблазняя выпечкой и сладостями.

Двадцать воинов выделили с каждой стороны для состязаний. Условились биться не до смерти, а когда противник встать не сможет, обессиленный ударами или мечом прижатый. Не гоже на потеху зрителей людей убивать. Удивились на такое валорцы, но согласились. У них проигравшие пощады не заслуживали.