Книга Княжий венец, страница 134 – Анна Михайлова

Вспыхнул в синих глазах огонь яркий, неистовый.

- Девочка моя, ненаглядная…сокровище мое, - и вновь целовать начал ее нежно и упоительно. А она обхватила его бедра ногами, ибо не было больше боли. Странно было, непривычно, но боли не было. Заполненность только, цельность какая-то, что щекотала и будоражила. Понял он намек, осторожно подался назад, внимательно следя за ее лицом. И как бы не было в ней мучительно-сладко – готов был остановиться и прекратить даже, только бы не делать ей снова больно. Но нет, нет боли в фиалковых глазах, удивление только. И румянец возбуждения возвращается на бледные щеки. Новое все для нее, но доверилась ему, всю себя ему доверила. Ох, как же правильно ощущается Тамирис в его руках, вся до последнего изгиба или родинки на плече – для него только!

Хоть и припылила страсть короткая вспышка боли, но не ушло никуда, также в крови бурлит. В рваном дыхании слышится. Под его руками и поцелуями вновь по телу побежали мурашки, собираясь в искрящие удовольствием ручейки. Через несколько ударов сердца с девичьих губ сорвался первый стон удовольствия, от которого князя молнией по позвоночнику прошибло. Более размашистыми сталидвижения и вторили ему женские бедра, подающиеся навстречу, желая заполучить его до конца. А стоны перешли в крики, заметалась под ним валорка. Удовольствие, головокружительное, пьяняще-опасное ширилось и поднималось, грозясь накрыть с головой. И убежать от него хотелось, и нырнуть во всю глубину. Ничего и никого вокруг не существовало, только она и ее мужчина, что сейчас сдерживался из последних сил, чтобы не сорваться в запредельный темп. Подгоняемый страстью, он раз за разом со стоном и хрипом вколачивался в сладостную глубину ее тела. Жестким ритмом безжалостных движений уносил ее и себя все ближе и ближе к эпицентру шторма. Никогда еще ни одна женщина не доводила его до такого упоительного безумства. Не покоряла тем, настолько открыто и красиво отдавала всю себя. Ныряя в жаркое марево страсти и утягивая его за собой.

Не понимая, растворяясь в головокружительных ощущениях, Тами лишь крепче прижималась к мускулистому телу, гладила сильные руки и лихорадочно целовала волевой подбородок и высокие скулы. Он вторил ее умоляющему шепоту рычанием пополам с ласковыми словами и нежностями. Волна удовольствия подступала все ближе, заставляя тело подрагивать от мучительного предвкушения. Мышцы едва не сводило от напряжения, но князь не позволял себе сорваться. Только она сейчас важна. Вот, наконец, первая короткая судорога прошла волной по женскому телу.

- Леслав, я… Что это? – беспомощно прошептала она непослушными, подрагивающими губами.

- Взлетай, птичка моя!

Под закрытыми веками вспыхнули разноцветные яркие звезды. С беспомощным нежным вскриком Тами вытянулась в струнку, впиваясь ногтями в его плечи. И сжимая внутренними мышцами так, что он едва не взвыл от острого мучительного наслаждения. Еще несколько размашистых, рваных движений и колючие искры метнулись по позвоночнику прямо в затылок. Последним рывком Велеслав почти рухнул на девушку, с глухим рычащим стоном. Изливаясь в нее затухающими толчками. С удивлением понимая, что только эти тонкие руки, что сейчас обнимают его спину, способны удержать его почище любых канатов. В этой жизни и не только.