Книга Свет и тьма Эринтара: магическое пробуждение. Книга первая, страница 23 – Катерина Кант

Но, с другой стороны, кто ж знал, что оно сработает? По всем законам магии не должно было. И если бы я не применила силу, а блокнот был бы случайно обнаружен кем-то, то меня, конечно, могли жестоко наказать за хранение таких объектов у себя, но жизни бы точно не лишили и в тюрьму не посадили бы.

Я в растерянности оглядела своё пристанище. На стенах камеры краска давно облупилась, они были покрыты плесенью. В углу стояла небольшая кушетка, поверх которой лежал матрас не первой свежести с подозрительными на вид красными пятнами. Рядом с решёткой, прибитая к стене, расположилась небольшая, потрескавшаяся и обветшалая скамеечка. Почти под самым потолком камеры было узкое, решётчатое окошко. Другими словами, холодно, мрачно, неуютно и сыро. Ну да, а почему здесь должно быть тепло и комфортно? Всё-таки темница, а не гостиница. Я бросила мимолётный взгляд на подозрительного вида матрас и скривилась. Перспектива возлежать на этом ни капли не радовала. Даже присесть и то побрезговала.

Скрипнула металлическая дверь, впуская в помещение свежий воздух, отвлекая от мрачных дум и жуткой обстановки. В подвал спустился мой брат в сопровождении высокого, не молодого уже, худосочного мужчины, одетого в дорогие чёрные одежды. Лицо его украшала поседевшая борода, а длинные волосыбыли заплетены в тугую косу.

Он плавно, тягуче подошёл к моей камере и вгляделся в моё бледное, измученное страхами лицо.

– Здравствуй, Эсмеральда. Моё имя Киран Тиадваль. Я представляю старейшин совета белых магов, – представился незнакомец, чуть улыбнувшись мне.

У меня затряслись поджилки! Если сам старейшина снизошёл до встречи со мной, значит, всё хуже, чем я даже могла себе вообразить. Да какое там, даже конец света по своим масштабам не сравнится с явлением старейшины!

Стиснув зубы, я присела в почтительном реверансе. И, сжавшись в комочек, буквально съёжившись от ужаса в глубине души, стала ждать. Однако старейшина смог меня удивить.

Я ожидала увидеть презрение, ненависть, упрёки, ругань и крики. Возможно, даже применение силы. Но никак не ожидала, что Киран посмотрит на меня с сочувствием и искренним сожалением, пылающим в глубине его карих глаз.

Чтобы хоть как-то собраться с мыслями, я переместила растерянный взгляд со старейшины на старшего брата, мрачным изваянием возвышающегося рядом. Вот в ком уж точно не было ни капли сочувствия.

В надежде я протянула дрожащую ладонь сквозь металлические прутья, стараясь отогнать мысль, что даже родной человек может отказаться от меня. Но как только мои похолодевшие пальцы встретили горячую ладонь Адмонда, я вздохнула с облегчением. Потеря доверия у единственного близкого и родного человека была бы хуже смерти.

Адмонд сжал мою руку, нахмурился и, стянув с плеч свой плащ, просунул руки сквозь прутья решётки и заботливо меня укутал, не забыв при этом щёлкнуть по носу. Прямо как в детстве. Я чуть улыбнулась.

– Что же ты натворила, девочка моя? – глухо вопросил старейшина, вновь привлекая моё внимание.

Я замялась и, сцепив руки в замок, виновато опустила голову.

– Мне искренне жаль, но я не знаю, не понимаю, как это вышло. Оно само… Он просто разозлил меня. Вывел из себя! Наглый, самодовольный, беспринципный изв… – спохватившись, виновато оглядела обоих мужчин. – И блокнот, он не мой вовсе. Я его нашла прошлой ночью. Правда, – запнулась. А что я могла сказать в своё оправдание? Даже если все расскажу, никто ведь не поверит.