Книга Когда рушится мир. Сквозь звезды к счастью, страница 29 – Катерина Кант

– Как долго нам ещё добираться, куда мы там добираемся? – крикнула она ехавшему рядом воину, сторожащему пленных в дороге, её голос звенел от негодования.

Тот бросил на девушку раздражённый взгляд, но, порядком устав от её криков, соизволил ответить.

– За холмами покажется лагерь, но добраться до темна не успеем. Придётся устроиться на привал на ночь. Слишком много времени потеряли в дороге, теперь вынуждены тащиться, – нехотя промямлил он. И уже резче сказал: – Угомонись уже, женщина. Иначе, видят боги, я выброшу тебя с телеги и заставлю тащиться за нами пешком.

– Рискни здоровьем, – мрачно прошипела Кейти, но на всякий случай вопросы отложила на потом.

Пленникам и правда пришлось весь день провести в телеге. Уставшие женщины, долгое время с опаской косящиеся в сторону Катерины, наконец привыкли к её скромному обществу и уснули, прижавшись друг к другу вплотную, как потерянные ягнята. Несчастные особы были в таком отчаянии, что за весь путь не проронили ни слова. Мужчины, напротив, начинали показывать недовольство и стали беспокойно и тихо шептаться, как заговорщики. Катерина, заинтригованная происходящим, не смогла остаться в стороне.

– О чём речь, товарищи? – вперила она суровый взгляд в самого, как ей показалось, напуганного человека.

Тот, покрывшись испариной, нервно ответил:

– Так а вы разве не слышали, как варвары ночью обсуждали бои?

– Бои? – не понимая, переспросила она.

Один из мужиков, нервно сплюнув в сторону, резко ответил:

– Чего ты с ней любезничаешь, Мирха? Баба же, причём не местная. Видать, с севера. Почём ей знать беды наши? – яростно высказался он с презрением.

Мирха явно был не согласен с товарищем. Он посмотрел на того с осуждением, как судья:

– Ну чтоты, Варяг. Наша, не наша. Все мы в одной лодке, – его слова прозвучали как призыв к единству.

У Катерины кончалось терпение. За годы службы девушка привыкла, что ей всегда отвечают чётко и по существу.

– Так что стряслось, чего вы нервные такие? – не сдержалась она, повысив голос.

Мирха, удостоверившись, что мешать больше никто не станет, наконец пояснил:

– Слышали мы вчера, как вожак с соплеменниками обсуждали, как бои устроят на выживание.

Катерина недоумённо приподняла брови.

– И в чём смысл боёв? – спросила она в недоумении.

На этот раз соизволил ответить Варяг:

– Чего непонятного, женщина? Сказано же, что бои на выживание, – выделил он последнее слово, – то бишь на смерть.

Кейти, не ожидавшая подобного, переполошилась. Дурное предчувствие засосало под ложечкой, как ледяной коготь.

– Как это на смерть? Разве они не рабов собирают? Зачем же их сразу убивать? Бессмыслица какая-то, – её голос дрожал от возмущения.

То, что мужчины, пойманные варварами, не были воинами, было слишком очевидно. Лица у всех были покрыты густыми бородами, телеса были вялыми, а у многих ещё и с выпирающими, хорошо откормленными животами, словно они никогда не знали тягот войны.

– А зачем нужны слабые рабы? Естественный отбор это. Кто выживет, тот и пойдёт варварам служить, – мрачно ответил один из них.

Катерина была в ужасе от столь диких нравов. Естественный отбор в чистом виде, как в жестокой игре природы.

Ночью, когда телеги остановили на привал, Катерина заметила, как в лагере началась активная деятельность и несколько варваров готовят нечто похожее на арену. К её сожалению, рассмотреть что-либо она не успела: её руки были туго стянуты толстой верёвкой, и один из воинов довольно грубо толкал девушку в спину, поторапливая. В её душе разгоралось дурное предчувствие, как тлеющий уголь в костре, готовый вспыхнуть в любой момент.