Книга Смерть, страница 97 – Лора Таласса

Взвизгнув, я, не соображая что делаю, лягаю эту штуковину, каким-то внутренним чувством желая отправить кости в землю, где им место.

Скелет падает, но не рассыпавшись на куски, а как упал бы человек. Только когда он ударяется об пол, несколько косточек отлетают.

Смерть за моей спиной огорченно цокает языком.

– Это было так уж необходимо? – Он подходит и становится рядом со мной.

Я поворачиваюсь к нему, но не сразу обретаю дар речии только открываю рот, как рыба на берегу.

– А заставлять мертвеца открывать дверь – это было необходимо? – выдавливаю я наконец.

– Это была женщина, – кротко и рассудительно поправляет меня Танатос.

И тут меня начинает трясти, потому что я понимаю: вот оно. Все, от чего я бежала, теперь передо мной.

Я буду жить с парнем, оживляющим скелеты, помимо других умений.

И не просто жить с ним, Лазария, а еще и спать с ним.

Мое сердце устраивает чехарду, и я краснею от одной мысли об этом.

Секс с самим воплощением смерти.

Я оглядываюсь на Танатоса… и это ошибка. Он прекрасен, его красоту невозможно забыть, но, офигеть, как подумаю, что мне предстоит выжать этого типа, как виноградину… Рехнуться можно. У меня есть все основания рехнуться, но я до сих пор в своем уме, а в чем-то мыслю даже более здраво.

Я вхожу в дом и отступаю чуть в сторону.

– Ну-ну. – Танатос тут же сокращает пространство между нами. Его рука опускается на мое бедро, и от этого прикосновения меня ощутимо потряхивает.

– Ты что делаешь? – Я опускаю глаза на его руку. Не то чтобы он раньше ко мне не притрагивался, но сейчас я думаю о сексе и его руки воспринимаю совершенно иначе – прикосновение приятно и даже… желанно.

А эта самая рука между тем движется к одному из моих ножей.

– Удаляю твои коготки, – спокойно отвечает Танатос, вытягивая нож и отбрасывая его в сторону.

Скрипнув зубами, я вижу, как скелет со скрежетом поднимается и тянется за моим оружием. Подняв нож, скелет скрывается в доме.

– Ты пришла ко мне по своей воле, – напоминает Танатос.

С этим не поспоришь, хотя и очень хочется.

– Где владельцы дома? – Я осматриваю светлый мраморный пол и сводчатые потолки.

– Недавно умерли.

Я бледнею.

Смерть наклоняется так низко, что я вижу странные серебристые пятнышки в его глазах. У него неестественная, нечеловеческая радужная оболочка.

– Не смотри на меня так испуганно, – сердито говорит он. – Ты видела, как я обрываю жизни целых городов. Это мелочь.

– Только ты никогда не требовал, чтобы я ела их еду или спала в их кроватях, – огрызаюсь я.

– Да, такого не было, – соглашается всадник. – И все же в прошлом году ты брала вещи мертвых, не так ли? – Его голос звучит мягко. – Ты обчищала их карманы, таскала их продукты и – да-да – спала в их кроватях.

– Это совсем другое, – пытаюсь я обороняться, но ему удалосьменя задеть. Я набираю в грудь воздуха. – Где их тела?

– О них позаботились.

Я хмурюсь.

– Они не явятся сюда, как… – Я киваю в ту сторону, куда удалился скелет. Сейчас его не видно, и почему-то от этого мне еще неуютнее.

– Нет, – торжественно заверяет Танатос.

Наверное, я должна сказать спасибо хотя бы за то, что Смерть не стал поднимать бывших владельцев. Такого сюрприза я бы точно не выдержала, это было бы чересчур.

Всадник кладет руку мне на спину – его касания продолжают творить со мной что-то странное – и, подтолкнув, предлагает пройти в дом.