Книга Изгнанник Ардена, страница 186 – Софи Анри

Изекиль резко поднялся с кресла, но Тристан сдержал порыв и вместо объятий, в которые хотел заключить его, просто сжал плечо, выражая этим жестом и радость от того, что он жив, и негодование за то, что заставил оплакивать себя.

– Я в порядке, – тихо произнес Изекиль.

– Ты весь в крови.

– Пустяки, задели ножом.

Тристан покосился на Бернарда.

– Это не моя кровь, я помогал ему перевязать рану, – ответил он на безмолвный вопрос.

– Хорошо.

Тристан опустился в свободное кресло. Рэндалл же пересек кабинет и сел за письменный стол, всем своим видом показывая, что никуда не уйдет.

Потом Изекиль рассказал им о побеге Адалины, о расшифрованной записке, которую она оставила в комнате, и о нападении неизвестных людей на штаб.

– Мы выбрались через тайный ход и направились к дому нашего ищейки, Теодору. На наше счастье, прошлой ночью он собирал сплетни в таверне «Большая кружка».Он заметил там Адалину, даже подошел к ней спросить, кто она такая, потому что раньше ее там не видел.

– Она ушла оттуда одна? – нетерпеливо перебил его Тристан.

Изекиль кивнул, но его лицо помрачнело.

– Да. Но как только она вышла из таверны, за ней последовал мужчина. По словам Теодора, он пару раз встречал его в таверне и однажды даже проследил за ним, посчитав подозрительным. Но тот посещал лишь «Большую кружку», днями гулял по аэранскому порту и снимал комнату на постоялом дворе там же.

– Молю, скажи, что Теодор проследил за Адалиной и тем мужчиной.

Изекиль снова угрюмо кивнул. Он отпил из фляжки и осторожно размял шею, прежде чем продолжить:

– Да. Леди Адалина подошла к штабу, но, поскольку Теодор из низшего ранга ищеек, он не знал, что дом принадлежит гильдии. Почти у ворот мужчина нагнал ее, накрыл рот какой-то тряпкой, и леди Адалина потеряла сознание. Потом подъехала карета, и они направились в сторону порта.

Тристан уперся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях. Ему стоило неимоверных усилий сдерживать рвущиеся наружу гнев, отчаянье и страх. Страх, который колющими иглами распространялся по всему телу, заставляя конечности неметь.

Страх за нее.

– Теодор разглядел лицо мужчины?

– Да. И, судя по описанию, мы его знаем. Это Орион, стражник на службе у Стефана. Прежде чем прийти сюда, я сходил в порт Аэрана и выяснил, что сегодня ночью из гавани вышла «Золотая лань», взявшая курс на Запад. По словам одного болтливого рыбака, это один из самых быстроходных кораблей.

В ушах Тристана раздался странный, неясный звон. Мир, казалось, замер, пока он в оцепенении разглядывал пылинки, парящие в лучах осеннего солнца, проникающих через большое окно кабинета.

Он не сразу осознал, что звон доносился откуда-то изнутри. Это дребезжали осколки его разбитого сердца.

Сквозь эти звуки снова прорвался до боли родной голос, ставший теперь его личным проклятьем:

«Ты любишь меня? Знаю, что не любишь».

– Закари, – услышал он, словно через толстые стены, Рэндалла, – пожалуйста, отдай распоряжение слугам, чтобы подготовили покои для наших гостей и пригласили сюда лекаря.

– Да, Ваше Величество.

Тристану тоже требовалась помощь.

Но не лекаря, а палача.

– Господин, – Изекиль осторожно коснулся его плеча, – я забрал из покоев леди Адалины шкатулки и ключ от них. – Он поставил ихна стол и ушел.

Стоило двери за ним закрыться, как Тристана сотрясла крупная дрожь. Он схватился руками за голову и начал раскачиваться взад-вперед. Внутри него все ныло, полыхало и гудело, и он не знал, как унять эту боль. Ему хотелось крушить мебель, кричать что есть мочи и убить каждого, кто причастен к похищению Адалины. Убить всех, кто забрал ее у него.