Книга Первый Феникс, страница 126 – Анна Гращенко

– Вася, твою мать! – заорал он. – Сюда!

– Чтоза херня?! – прибежавший полковник отшатнулся.

– Ломай. – Юра протянул к нему изуродованную руку. – Надо снять браслет.

– Что?!

– Просто сделай это!

За долю секунды в глазах полковника мелькнуло понимание происходящего.

– Его не снять так просто.

– Знаю, – процедил Юра, у него темнело в глазах. – Просто сделай.

Полковник крепко сжал его запястье и локоть, повернувшись так, чтобы сам рядовой ничего не видел. Найденова зажмурилась, вздрогнув и заплакав от страха в голос, когда послышался треск ломающейся кости.

– Лиза, аптечка в машине! – крикнул полковник.

Девушка сорвалась с места, на какое-то мгновение ее взгляд упал на лежавшее в пожухлой траве запястье, отделенное от тела.

Юра не чувствовал боли. Он не чувствовал вообще ничего. Краев лежал на спине и глядел на прорывающие вечернее небо сосны, по одной из которых ловко, как паук, взбиралась тощенькая болезненно бледная девушка. За ней тянулась длинная цепь, которая звенела и цеплялась за сучья, не давая ей подниматься и едва не сбрасывая на землю. Но феникс продолжала проворно продвигаться к вершине сосны, откуда только что упала еще одна капля крови. Когда полковник и Лиза пытались остановить кровотечение, заматывая обрубленную руку рядового, феникс аккуратно притянула Глеба к стволу и зубами перегрызла толстую веревку, обмотанную вокруг его ног. В момент, когда майор тяжело открыл глаза, Юра погрузился в темноту.

Глава 13

Я подскажу

В комнате было прохладно и тихо. Желтоватый свет заполнял ее, создавая то особенное утреннее спокойствие, которое возникает, если встать раньше всех. Рядовой несколько раз моргнул, ощутив тупую боль в висках.

– Эй, привет, – раздался шепот где-то рядом.

Краев медленно повернул голову набок, чуть поморщившись, и увидел улыбающуюся физиономию Глеба, лежавшего на узкой кровати меньше чем в метре от него.

– Гляди, – шепнул он, с улыбкой кивнув в сторону Лизы, уснувшей возле его койки. – Волновалась, – добавил он довольно.

– Рад, что ты цел, – прохрипел в ответ Юра.

Он потер пересохшее горло, глазами ища воду. На выкрашенной в белый цвет тумбочке, одной на обе кровати, стояло несколько бутылок обычной, негазированной воды. Юра с некоторым трудом открыл одну изних: то ли из-за слабости, то ли из-за излишне старательной упаковки; и замычал от удовольствия, когда наконец-то отхлебнул немного.

– Не шуми, – шикнул Глеб.

– Ладно. – Юра накрыл ладонью глаза, надеясь снова заснуть. – Стоп…

Он приподнял руку и уставился на нее. Затем на вторую. Обе были на месте. Охотник резко сел в кровати, вглядываясь в собственные ладони. Сжал кулаки, разжал, снова сжал. Пошевелил пальцами наподобие разминки «Мы писали, мы писали, наши пальчики устали», внимательно осмотрел тыльную сторону, покрутил запястьями и, наконец убедившись в том, что это ему не померещилось, ошалело улыбнулся, закрыв лицо руками. Только сейчас, глядя сквозь пальцы, он заметил еще одну фигуру, находившуюся в комнате.

Девушка, облокотившаяся на край его койки, выглядела худее обычного. Она была истощена. Сквозь тонкую ткань майки, надетой под свитером, виднелись выпирающие ребра, позвонки острыми шипами выступали на спине, руки настолько тонкие, что смотреть на них было неприятно. Под пристальным взглядом охотника феникс вздрогнула и приподняла голову. Щеки впали, под глазами залегли сине-серые тени.