Книга Пораженные, страница 157 – Р. Д. Бейкер

Я выполняю свои обязанности, проверяю периметр, проверяю расположение камер наблюдения. Все это время я не думал ни о чем, кроме Джульетты, гадая, где она и что делает. Все утро шел сильный дождь, поэтому я знаю, что ее нет в саду. Просматривая каждую камеру, я ищу ее, но ничего не вижу, пока не добираюсь до спортзала.

Вот и она, бегает по беговой дорожке. Ее волосы собраны на макушке в неряшливый пучок, и на ней самые обтягивающие белые шорты, которые я когда-либо видел, а также укороченный топ.

Срань господня.

Я практически чувствую ее запах через экран. Она проводит рукой по затылку, смахивая пот, и мне приходится подавить стон.

— Джорджия Пич вся вспотела, да?

Я так увлекся, что даже не услышал, как Кроули вошел в офис. Я прогоняю изображение спортзала и быстро бегущей Джульетты, прочищая горло.

— Да, наверное, так. Доктор посоветовал ей позаниматься.

— Она тебе нравится, да? — Кроули опускается на стул рядом со мной. — Кажется, она тебя очень заинтересовала.

Я пожимаю плечами, не отрывая глаз от монитора.

— Ей нужна была помощь. Я оказал ее. Конец.

— Хм. — Кроули откидывается на спинку стула, уставившись в потолок. — Андерсон сказал, что тебе пришла в голову блестящая идея заняться пиаром после того, что сделал Браун. Думаю, хороший повод провести с ней время.

— Ну, это сработало, не так ли? Больше никаких беспорядков. Счастливые мешки с кровью. Работа выполнена.

Кроули задумчиво поглаживает подбородок.

— Да, ты молодец. — Он вдыхает через нос. — Знаешь, в последнем лагере, где я служил, недалеко от Роанока, был один парень. Этот молодой вампир влюбился в один из кровавых мешков.

— А сейчас с ним что? — Я стараюсь, чтобы мой голос звучал совершенно ровно. — Это немного глупо, не так ли? — Ко мне это не имеет никакого отношения.Кроули просто разговаривает. Если я сохраню небрежный тон, он ничего не заподозрит.

— Да, довольно глупо. — Кроули лениво поворачивается взад-вперед в кресле, его глаза по-прежнему устремлены вверх. — В некотором роде закончилось плохо для всех.

— Да? Что случилось?

Кроули тяжело вздыхает.

— Они отравили его, морили голодом, а потом поместили ее с ним в комнату. После двух недель отсутствия еды ничто не могло спасти ее от него.

У меня кровь стынет в жилах.

— Значит, он убил ее?

— Конечно. — Кроули поднимается на ноги и хлопает меня по плечу. — Я до сих пор слышу, как он кричал, когда понял, что натворил. Такое дерьмо, как это, никогда хорошо не заканчивается.

— Ну, я полагаю, правила существуют не просто так. — Я не встречаюсь с ним взглядом, осознавая, что его взгляд прикован к моей щеке. — Сломай их, разберись с последствиями.

— Это уж точно.

Когда он не двигается, я поднимаю на него глаза, молясь, чтобы он не увидел предательства, которое, должно быть, написано у меня на лице.

— Тебе что-нибудь нужно, Кроули?

— Нет, ничего. — Он поворачивается к двери. — Береги себя, Кинг.

Его прощальные слова тяжелы, и я начинаю задаваться вопросом, сколько людей знают. Интересно, знает ли Андерсон? Я дважды щелкаю по экрану, вызывая трансляцию в спортзал. Еще один щелчок, и экран становится черным. Я качаю головой, осуждая себя, отталкиваюсь от стола и выхожу под дождь. Если бы Андерсон знал, меня бы здесь больше не было. Я был бы либо мертв, либо переведен в другое место, подальше от Джульетты.