Книга Пораженные, страница 124 – Р. Д. Бейкер

Он тяжело дышит у моего рта, бормоча проклятия и похвалы, говоря мне, какая я красивая, какая чертовски сексуальная, как я была создана для него. Я погружаюсь в эйфорию, в ту дымку после секса, которая заставляет мое сердце бешено колотиться, а кровь становиться сладкой. Его пальцы все еще запутываются в моих волосах, а другая рука обхватывает мое горло. Его член все еще находится глубоко внутри меня. Я чувствую себя совершенно одержимой и странно цельной, чего никогда раньше не испытывала.

— Черт бы тебя побрал, ангел.

— Мы можем сделать это снова?

Он опасно смеется, покрывая поцелуями мое горло.

— Моя маленькая нуждающаяся куколка.

Я стону, прижимаясь к нему бедрами.

— Тебе нравятся прозвища, не так ли? — он рычит у моей кожи.

— Да.

Он все еще тверд, и я покачиваю бедрами, насаживаясь на него.

— Мне… мне это нравится только от тебя. Я не… — о, черт.Я всхлипываю, когда он удерживает меня неподвижно, обнимая за талию. — Я не хочу останавливаться.

— Я тоже, но мне это нужно.

Он отстраняется от меня, нежно поворачивая в своих объятиях, пока я дрожу. Кровь стекает по его губам, а глаза все такие же ярко-красные. Он проводит пальцами по моему пульсу, по тому месту, куда укусил меня, и тяжело вдыхает.

— Я чуть не укусил тебя, когда кончил, и…

Плохие воспоминания. Я обнимаю его за талию, притягивая ближе к себе. Я утыкаюсь носом в его широкую,теплую грудь, темную от татуировок.

— Я же сказала, что доверяю тебе.

Он проводит руками по моим волосам.

— Я знаю, ангел.

Над головой грохочет гром, и внезапно слезы наворачиваются мне на глаза. Я шмыгаю носом, и все тело Сайласа напрягается.

— Что случилось? — он приподнимает брови, кончиками пальцев проводит по моим щекам. — Джулс, что случилось?

Мои губы дрожат.

— Я хочу остаться с тобой. Я хочу бытьс тобой, но не могу, — я обнимаю его за шею, рыдания подступают к моему горлу. — Я, блядь, ненавижу эту жизнь. Я ненавижу это место. Я ненавижу то, что мы не можем быть вместе.

Он отстраняется от меня, берет мои руки и убирает их со своей шеи. На мгновение я паникую, думая, что он отталкивает меня. Но затем он подносит одну руку ко рту, нежно целуя мою ладонь. Он повторяет действие с другой моей рукой, и его мягкие губы прижимаются к моей коже.

Я начинаю плакать еще сильнее.

Его глаза снова приобретают свой обычный цвет ржавчины, когда они встречаются с моими.

— Если ты думаешь, что я пожалею об этом, я этого не сделаю. Даже если это делает меня эгоистом.

Я качаю головой, горячие слезы струятся по моим щекам.

— Ты не эгоист. Я не жалею об этом. Я просто хочу… Я хочу большего, чем то, что у нас есть. Больше, чем просто это.

— Я знаю, — он притягивает меня ближе к себе, обнимая своими огромными руками.

Это самое безопасное, что я когда-либо чувствовала в своей жизни, кожа к коже с хищником, который мог разорвать меня в клочья.

— Может быть, ты мог бы сказать им, что я твой питомец. — Я цинично смеюсь, смахивая слезы тыльной стороной ладони. — Мы на самом деле не люди, не так ли? Мы просто мешки с кровью. Какая разница, если…

Он прерывает меня, наказывая мой рот обжигающим поцелуем.

— Не говори так, — бормочет он, качая головой. — Не смей, блядь, так говорить.

Я позволяю ему обнять меня, прижимаясь к нему, вбирая в себя все тепло его тела и позволяя ему согреть меня. Он продолжает целовать меня, сильно, но медленно, и с каждым движением своего языка он заявляет права на новую часть меня. Я принадлежу ему навсегда, что бы это ни значило.