Книга Дочь Мента, страница 64 – Екатерина Ромеро

Дверь распахивается, и я быстро подбираюсь, готовясь к защите, хотя у меня нет никакого оружия. Я лежу под одеялом, сердце колотится как у мышонка. Главное, не показывай страх. Порой мне кажется, что Волкодав только и ждет, когда я сломаюсь.

— Как ты, Мила?

— Еще жива, – пожимаю плечами, хотя внутри ураган. Я сама к нему полезла целоваться. Что на меня нашло? Как дура. И как же стыдно мне теперь, внутри все в узел скручивается,а Сергей рядом стоит. Такой высокий, строгий, такой мой и чужой одновременно.

Смотрю на свое запястье. Оно перебинтовано. Осторожно провожу по нему кончиками пальцев, при этом замечая, как темнеет взгляд охотника.

— Ты поранилась об наручник. Будет небольшой шрам.

— Почему вы меня забрали?

— Начался пожар.

— Нет, почему вы меня забрали из пожара? Это ведь было наказание.

— Это была проводка. Я не мог этого знать.

Запястье болит, но внутри куда хуже, ведь я понимаю, что ничего не поменялось. За дверью ждет Виктория. Он с ней, Сергей женат, а я… я все так же дочь мента. Никто, просто игрушка в его руках.

— Вы никогда ошибок не делаете, но все же совершили точно одну ошибку.

— Какую?

— Надо было тогда в лесу просто нажать на курок прицельно в меня, так бы не жалели теперь, – говорю честно, так, как привыкла, как он меня научил. Слезы застилают глаза, и я с силой ухватываюсь за одеяло. Не смею поднять глаза, это сильнее меня.

Вздрагиваю, когда чувствую ладонь Сергея. Он кладет мне ее на голову, едва касаясь, проводит по волосам.

— Я ни о чем не жалею. Я ни разу об этом не пожалел, Мила.

То холодный, то теплый, то север, то юг. Две стороны одной медали, а я все никак не привыкну, когда надо перестроиться и включить нужный режим. Под Волкодава.

Этот миг, крошечная нежность ко мне, и я, точно ручной щенок, тянусь за его ладонью, но зря. В этот же миг Сергей убирает руку и уходит, больше даже не обернувшись. А я поворачиваюсь на бок и глотаю слезы. Мое слово и желание ничего для него не значат. Зачем было приручать щенка, если потом просто выкидываешь его?

На следующее утро меня выписали, и я все же поехала на учебу, которая была в сотнях километров от дома Волкодава. И да, он сделал это специально. Вместо того чтобы убить, Сергей сделал еще хуже: он приручил меня, дал видимость дома, а после просто выкинул.

***

Прошел год

Провожу кончиками пальцев по запястью. Там так и остался шрам, отпечаток его ненависти. Прошел год. Год обучения в закрытом пансионе и по совместительству моей тюрьме.

Я изучила право, курс был именно с такимнаклоном, и теперь основы юриспруденции у меня отскакивают от зубов. Дает ли это что-то мне в реальной жизни? Я не знаю. Я вообще не понимаю теперь, что со мной будет.

Весь этот год я не видела Сергея. Ни визита, ни письма, ни звонка. Но он точно жив, иначе кто бы платил баснословные деньжищи за мою учебу в таком дорогом месте, где учатся детки богачей.

Думал ли он обо мне или только рад, что избавился? Могу лишь гадать. Может, Сергей забыл меня уже на следующий день, но я не забыла. Я просто ненавижу теперь его сильнее.

Месть – страшная штука. Она не оставляет спокойной, грызет изнутри. Именно желание расплаты не дает мне опустить руки, и я с отличием завершаю курс. Я лучшая, и это правда.

Благо я все же окрепла. Физически и морально, я больше не чувствую себя несмышленым заморышем, нет. В этом заведении я прошла курс молодого бойца, и теперь я не струшу. И рука моя не дрогнет, если я наведу на Волкодава пистолет снова.