Книга Укушенная, страница 149 – Джордан Стефани Грей

— Вы приговариваете меня к смерти. — Нет. Нет, нет, нет. Здесь я бессильна. Я скажу ей правду, даже если это последнее, что я хочу сделать.

— Интересно, почему ты так думаешь?

Я поднимаю взгляд, прежде чем она успевает заставить меня заговорить, чтобы она не смогла заставить меня. Её диадема сверкает — тысячи бриллиантов, сформированных в соответствии с фазами луны, покоятся на её седеющих волосах.

— Я боюсь, — честно признаюсь я. Потому что разве есть другой вариант?

Если она хочет убить меня, надеюсь, что она сделает это быстро. Резко. Я не хочу провоцировать её ещё больше.

— Ты самая неприметная особа, которая когда-либо украшала этот двор, — выплёвывает Королева Волков из накрашенных красных губ. — Твоё сердце открыто для всех. Почему?

— Я… я не знаю. — Ледяная плитка впивается в моё платье. Я думаю, я умру. Я умру, а мой отец ничего не узнает. Я никогда не узнаю, кто убил Селесту. Всё это будет проделано впустую. Здесь важна каждая секунда.

— Скажи мне правду, — требует королева, сверкая чёрными глазами.

Так я и делаю.

— Я не могу контролировать свои чувства. Они поглощают меня. Мне грустно. Так грустно и разбито внутри. И одиноко. Все, кого я люблю, покидают меня, и я…

— Хватит. Замолчи.

Я замолкаю. Мои губы превращаются в камень. Я хнычу… пытаюсь хныкать. Звук не выходит из моей груди.

— Жалкие людишки. — Королева Сибилла опускает голову на руки. — Я ожидала от тебя силы, мисс Харт. Наблюдая за твоими тайными прикосновениями и взглядами с принцем в течение нескольких месяцев, я подумала, что ты начала строить планы на лучшую жизнь для себя. Но посмотри на себя. Ты такая же слабая, как и тогда, когда мы нашли тебя на улице.

Она щёлкаетпальцами, и лорд Аллард приближается. За спиной у него длинный лук, а на бедре золотые ножны. Из ножен торчит рукоять огромного меча цвета морской волны. Я дрожу от ужаса. Он собирается убить меня.

— Тебе есть в чём признаться? — спрашивает королева. — Хоть в чём-нибудь? Отвечай честно.

Я закрываю глаза, не в силах бороться с ней или её принуждением, и неопровержимые доказательства осудят меня. Возникают слова. Ком застрял у меня в горле. Нет, мне нужно сосредоточиться. Уна говорила, что оборотни могут искажать свои слова, чтобы избежать собственной лжи. Мне нужно сделать это сейчас. Мне нужно сосредоточиться на другой правде. И не просто на какой-нибудь другой правде, а на такой безобидной и невинной, что королева не сможет думать обо мне иначе, как о маленькой глупой Укушенной.

— Ну?

— Я… я… — я открываю глаза и вижу её чёрные глаза в свете факела. — Я ненавижу сыр. Плавленый сыр, чеддер, проволоне, Гауда — они горькие и острые на вкус, и я ненавижу их текстуру.

— Ты ненавидишь сыр? — Королева Волков подается вперёд. Она яростно моргает. — Сыр?

Лорд Аллард, стоящий рядом со мной, замирает. Его рука остается на рукояти меча, но он не поднимает его. Пока нет.

— Да, — невинно отвечаю я. — Очень сильно.

— Звезды небесные. Покажите ей доказательства, лорд Аллард. — Королева взмахивает рукой, и лорд Аллард роняет что-то тяжёлое к моим ногам. Я боюсь смотреть. Может быть, Лира действительно выдала меня… а почему бы и нет? Если бы нас обоих поймали, её бы тоже убили. Если дело только во мне, то она жива.

Я смотрю на пол, но… это не доказательство того, что произошло прошлой ночью. Это мой дневник.