Книга Отвергнутая жена дракона. Второй шанс для попаданки, страница 37 – Чинара

Восточные танцы были лишь одной гранью моей страсти. Помимо них я с удовольствиемотдавалась множеству других ритмов. Но здесь, в ресторане, где я чувствовала себя как на подмостках под пристальным светом прожекторов, в окружении ее родителей, родителей ее друга, и, главное, самого этого друга, на которого я наложила незримый запрет. На кого я запретила себе смотреть. Запретила, ибо всем своим существом, и телом, и душой, весь вечер тянулись к нему.

— Ну же, ради меня, Валюша. — капризным и требовательным тоном потянула Диана.

— Давай в другой раз. — я попыталась отсрочить неизбежное, оттягивая час казни.

— Тебе что, жалко? — спросила подруга с вызовом, будто я оскорбила ее своим отказом.

— Диана, оставь ее в покое. — голос Игоря прозвучал неожиданно резко, как удар хлыста. В его глазах по-прежнему не было ни капли доброжелательности, хотя он и заступился за меня. И эта его защита поразила меня. Недалекая часть моей души незамедлительно облачила его в сияющие доспехи рыцаря.

Я ошеломленно замолчала. Меня словно парализовало. Диана недовольно скривила губы. Ее лицо стало похожим на маску ярости. Резким движением она отбросила мою руку, будто я была заразна, процедив:

— Да, пожалуйста. Не хочешь сделать приятное лучшей подруге — не надо. Но твое безразличие ранит меня.

Всеволод Кузьмич, отец Дианы, попытался разрядить обстановку, пустившись в долгий рассказ о какой-то комичной ситуации. Но я ощущала нависшую над столом неловкость. Тяжесть, давящую на плечи. И чувствовала себя ужасно. Я будто за один короткий миг превратилась в преступницу, осужденную на молчаливое презрение окружающих.

Диана игнорировала меня. И я понимала, что обидела ее очень сильно.

Закрыв на все замки всякое внутреннее стеснение и убедив себя, что вряд ли в ближайшем будущем увижу всех этих людей снова, я примирительно прошептала Диане:

— Хорошо, раз ты хочешь, то я станцую.

Сначала она посмотрела на меня с некоторым недоверием, словно опасалась подвоха или того, что я могла ее обмануть.

— Ради меня? — спросила она с сомнением.

— Да. — улыбнулась я. — Ради тебя.

И на ее лице возникла довольная улыбка. Будто я преподнесла ей долгожданный подарок. Тот самый подарок, которого она так долго ждала.

Вклинившись в разговор между ее отцом и отцом Игоря, подруга громко заявила:

— Валька исполнит для нас танец! — ее голос звучал торжественно,словно она объявляла начало представления.

Танцы с раннего детства были моей страстью. Своеобразным тайным языком души, выражаемым телом. Правда, я всегда предпочитала предаваться этому волшебному занятию в одиночестве или на занятиях, где с радостью оттачивала каждый жест до совершенства.

Нельзя сказать, что у меня имелась боязнь сцены или нечто подобное, но воспоминание о выступлении в начальной школе, где я затерялась в бурлящем потоке других танцоров, словно песчинка в океанской пучине, раз и навсегда убедило в том, что публичные выступления — не моя стихия. Поэтому даже на школьных вечерах или студенческих встречах я предпочитала оставаться в тени, никогда не стремясь к яркому свету рампы.

С того дня, как Диана посетила мой первый пробный урок, прошло несколько лет. Восточные ритмы уже успели смениться на грузинские напевы, но навык остался во мне.