Книга Два лица, страница 20 – Ольга Сурмина

— Ну. Хочешь, наконец, задушить это в себе? Здравая мысль, возненавидь ее. — Хьюго сдвинул брови. В его глазах отражались бесчисленное количество строк, они мелькали, будто телевизионные кадры. — Она такая же, как все, говорю тебе, просто признай это и живи дальше. Обрати внимание на других девушек, пригласи одну из них на свидание, проведи с ней ночь. Воспринимай сестру как пустое место, или как манекен, все равно. Она не должна для тебя существовать, есть только ты, и бесчисленныеплюсы внезапно освободившегося свободного времени.

— Это будет не просто… — Эд сжал кулаки и стиснул зубы.

— Все будет нормально, если ты сам этого захочешь.

— Наверно ты прав. А что делать, если она опять сюда придет? — он отвел глаза.

— Свою работу. Она хотела переехать? Переедет. Все.

— А ты… что будешь делать?

— Ничего. Я же сказал, она не в моем вкусе, и мне не интересно ее внимание. Будет даже смешно, если она еще решиться сюда прийти. — Хейз тихо ухмыльнулся, но его напарник этого не заметил.

Холодные капли жесткой воды редко капали с темного, бардового неба на черные джинсы мужчины, однако, он не собирался уходить, или прятаться от дождя. Тень ночи скрывала бледное, злое лицо, но, отчего-то, его «друзья» чувствовали эту мерзкую ухмылку даже сквозь непроглядную тьму. С кожаного пояса, покрытого заклепками, свисали тяжелые стальные цепи, которые жутко звякали, ударяясь друг о друга. Черные, армейские ботинки были плотно зашнурованы, а на, все еще черную, бессменную футболку в тот вечер надета длинная косуха.

Тяжелая, напряженная рука подкидывала вверх светлый швейцарский нож, и звук его трения и удара о пальцы пугал сильнее, чем что-либо, в этом человеке. Окружающие его люди посмеивались, глядя на лысого мужчину в возрасте, которого держали еще двое. Тот, понимая, что крик лишь усугубит его положение, нервно сглотнул и прошептал:

— Не бейте. Я отдам все, только не бейте. Все, что у меня есть…

— И даже строительную фирму, Такер? — Тип в косухе встал, как оказалось, он был немного выше всех своих помощников. Сильное тело заметно напряглось, и, поймав нож в воздухе в последний раз, он, ухмыляясь, наклонил голову в сторону.

— Кто вам такое сказал?! У меня нет никакой… — На секунду он прервался, чувствуя тяжелый удар по почкам, и, хватая ртом воздух, заговорил снова. — Кто… вам продал эту информацию?

— Не твое дело, убогий. Так что, подпишешь небольшой документик? — В ту же секунду в пустом проулке загорелся яркий, раздражающий свет карманного фонаря. — Печати, и остальное… это уже не твоя забота. — Одним из документов был договор о дарении, причем, оформленный задним числом, другим завещание. — Среди вас есть адвокат?! — Обескураженным, несчастным голосом пробормотала жертва, понимая, к чему идет нападение обычных, как ему казалось, бандитов. Он пытался запомнить их лица, однако, все они были в медицинских масках, а некоторые в солнечных очках.

Звук перезарядки пистолета окончательно сломил мужчину, тот чувствовал, как холодный, железный ствол уперся ему в голову.

— А сейчас ты скажешь на диктофон, что подтверждаешь факт сделки, старый ублюдок. У тебя две попытки сказать это так, чтоб никто не подумал ничего. Справишься? Или с пулей в мозгах лучше будет думаться?