Книга Бесстрашная, страница 88 – Лорен Робертс

Вскоре их руки обвивают мою спину, переплетаясь друг с другом. Мы кружимся в нашем импровизированном кругу, выполняя любые движения, какие захотим. Меня тянут, крутят, и я смеюсь все громче с каждой минутой. Они смеются вместе со мной, может, надо мной, но мне все равно. Я так счастлива,что готова пожертвовать своим достоинством.

Мы выходим из круга и просто пляшем как вздумается. Они кружат меня, поочередно передавая из рук в руки. И я даже не сразу замечаю, как весь зал начинает танцевать вслед за нами. Скопления тел кружатся и танцуют друг с другом, смеясь над неформальной обстановкой.

Осмелюсь сказать — это самый веселый вечер в истории этого двора.

Балансируя на цыпочках, я закидываю руки на плечи королю и его Силовику, сияя от счастья. В хаосе столько красоты. И… и вдруг меня поднимают в воздух.

Я взвизгиваю, когда чьи-то руки обнимают меня за талию и отрывают от пола. Теперь я на целую голову выше парней, поддерживающих меня — и это именно тот рост, которого не хватало для издания моего импульсивного указа.

Я опускаю взгляд налево. Там стоит Китт. На его светлых волосах криво сидит корона, его улыбка поразительно широкая, а поведение — как у парня, который давно стал моим другом, а не того, кого я предала. Я вижу надежду, когда смотрю на него в этот момент. Наша дружба вновь возрождается.

Смотрю направо. Темные волосы Кая спадают на лоб, глаза светятся, а его ямочки…его чертовы ямочки. Но прежде всего я обращаю внимание на то, как он смотрит на меня. Любовь. Она в его взгляде, в прикосновении, в изгибе улыбки, которая, насколько я знаю, принадлежит только мне.

Комната вращается вокруг меня, но я смотрю только на него. Держусь только за него.

И буду держаться. До конца танца. И в следующей жизни тоже.

Ночь проходит в виде смутных вспышек.

Мой рот сводит от улыбок, а ступни — от танцев.

Но я не стою на ногах в этот ослепительный момент.

Нет.

Я в крепких объятиях, прижата к широкой груди, улыбаюсь, глядя на красивое лицо. Кай просит, чтобы я перестала так на него смотреть.

Мой голос звучит отдаленно:

— И как же я на тебя смотрю?

Он отвечает, что я смотрю на него как на обещание, которое не смогу сдержать.

Это меня сбивает с толку. Или нет. Может, наоборот — это совершенно логично.

— Я хочу рассказать тебе секрет… но боюсь его.

Он предлагает сказать его за меня.

Я киваю.

И тогда замечаю, что у него на пальцах — туфли, свисающие с руки под моими коленями.

— Ты нашел мои туфли! — восклицаю я.

Он шепчет секрет, состоящий из трех слов.

— Ты нашел мои туфли для меня!

Ещеодно признание, произнесенное шепотом.

Глаза наполняются слезами.

— …ты нашел мои туфли!.

Он говорит, что любит меня. Снова и снова.

Я закрываю лицо подушкой, отгораживаясь от света.

С тяжелым стоном переворачиваюсь на бок и почти соскальзываю с кровати. Голова раскалывается, и стоит приоткрыть один глаз, как я тут же об этом жалею. Солнечный свет давно заливает комнату, ласково согревая мою постель, будто лучи хотят коснуться моей щеки.

Накрыв одеялом свою ноющую голову, я с радостью прячусь от внешнего мира. Но мир за пределами укрытия начинает говорить.

— Знаешь, я ставил на полдень, а вот Кай был уверен, что ты проснешься на два часа позже, — раздается знакомый голос. — Он оказался прав. Видимо, стоило его послушать. Он все-таки знает тебя лучше.