Книга Полжизни за мужа, страница 4 – Нина Бьерн

Жених вместе со своей семьей выехал мне на встречу. Брат должен был прибыть позже уже на основные празднества. Был занят укреплением наших позиций на севере. К тому времени моя обязательная роль на свадьбе будет сыграна. Велика вероятность того, что с братом мы так и не встретимся. Тем лучше для меня.

Семья жениха выбрала Мьяри за чистоту и красоту уютных улочек, чудесные виды на озеро того же названия и за то, что это был город виноделов. Вокруг него по холмами полям раскинулись самые лучшие виноградники на Великой Равнине. Даже этими промозглыми октябрьскими днями, городок выглядел уютно. Беленые стены домиков под красными черепичными крышами выглядели нарядно. На вторую часть празднества гости должны были перебраться в главный город клана в дом главы.

Гостиница, где должно было пройти празднество, поразила своими размерами. Она была огромная и стояла на краю города. Прямо из окон можно было видеть виноградники, холмы, ручьи и речушки этого красивого и благодатного края. Собственно, это была единственная гостиница в Мьяри и она была заполнена.

Стояла осень и многие люди и нелюди собрались здесь с разных концов Долины, чтоб закупить отборного вина. Некоторые из них специально приехали на свадьбу моей сестры. То есть, на мою свадьбу. Нужно привыкнуть, что это теперь мой жених и называться я теперь должна Литой. Арелитой. Айшания уехала в Черную обитель, а я – Лита. Ох, не забыть бы…

Карета остановилась перед крыльцом и служанка, которая ехала со мной, прикрыла мне лицо вуалью. Дверца открылась и слуга помог спуститься сначала служанке, а потом мне. Я мерзла всю поездку. Наверное, это было больше из-за волнения, чем из-за самой погоды. А в последний день припекало солнце, и я начала отогреваться. Вот бы сбросить с лица вуаль и этот проклятый капюшон и посидеть в саду на скамеечке, подставив лицо солнцу. Впереди зима. Она принесет с собой ветер, снег, холод. Она скроет нескончаемыми тучами небосвод.

Я любила солнце. В детстве нянюшка всегда ворчала на меня из-за этого, вытравливая загар с моего лица лимонным соком и притираниями. У благородной горожанки кожа должна быть белой и нежной. Но потом я перестала быть благородной горожанкой. На смуглость моего лица больше не обращали внимание. Потом была Черная обитель, в которой всем было все равно, какого цвета мое лицо. Им вообще было все равно.

День стоял необычайно теплый для этого времени года. Я посчитала это хорошим знаком. Может быть, мне повезет и все наладится наилучшим образом.

В большой гостиной царило оживление. Кто-то спускался с лестницы, кто-то поднимался. Некоторые сидели на диванчиках и беседовали. Возле стола хозяина гостиницы собралась небольшая очередь. Люди в ней о чем-то разговаривали, спорили. Дверь в трактир, находящая чуть дальшераспахнулась и из нее весело смеясь вывалилась компания из трех мужчин.

– Не беспокойтесь, Светлая Госпожа, для вашей церемонии готовят отдельный зал, – сказала мне служанка, демонстративно скривившись при виде трех подвыпивших щеголей.

Я не беспокоилась. Мне нравилась эта суета. Городок был живым, радостным, суетным. Наверное, летом здесь потрясающе красиво, когда деревья одеты листвой. Гостиница была наполнена весельем и предвкушением праздника. Сновали между постояльцами расторопные горничные, слуги вносили и выносили дорожные сумки приезжающих и отбывающих. А где-то на кухне уже наверняка готовился свадебный ужин. На мгновение мне показалось, что поменяться с сестрой местами было не так уж и ужасно.