Книга Падение богини, страница 80 – Анастасия Медведева

– Куда тебя отвести? Что достать? Как помочь? – Оторвав часть рукава с нижнего одеяния, Юнь Юнь подала клочок ткани названому брату, и тот вытер губы.

– Мне нужно на Красную Гору.

Юнь Юнь не могла объяснить, почему почувствовала смятение, услышав о месте, в которое должна была отвести своего названого брата. Но спорить не стала и отправилась в указанном направлении, поддерживая Хань Ли и выжидая моменты, когда мимо проходили слуги, чтобы не попасться никому на глаза. Она уже поняла, что доверенных людей у наследника верхнего мира было немного, однако не могла сказать с уверенностью, радует её это или угнетает. Хань Ли совершенно точно не желал ей зла, вот в чём она была уверена. Но и добро, навязанное силой, могло обернуться злым роком… Белый Лотос Дома Наслаждений «Алые Лепестки» точно знала только одно – она больше никому не доверит свою судьбу и решения будет принимать сама после получения всей доступной информации.

По пути на Красную Гору – который занял так много времени, что небо успело окончательно потемнеть – Юнь Юнь узнала, что брат видел её портрет, отправленный богом, что охранял тайну личности дочери предыдущего владыки верхнего мира. Так Хань Ли и узнал свою сестру в юной куртизанке, едва вернувшись после испытания в смертном мире и восстановив свои воспоминания… Этот же бог мог помочь наследнику с его временным недугом. Хань Ли называл его Хозяином Красной Горы и отзывался о нём так почтительно, что Юнь Юнь успела нарисовать в своей голове образ древнего старца с длинной белой бородой, умудренного опытом и едва передвигающегося из-за своей немощности…

Где-то на середине пути к Красной Горе Юнь Юнь узнала о судьбе своей матери. Она была выбрана владыкой верхнего мира на отборе невест ещё в тот период, когда мать Хань Ли была при дворе. И умерла сразу после рождения единственной дочери. В смерти этой богини не было ничего загадочного: её тело было истощено тяжелыми родами – это подтверждали записи главного лекаря. Юнь Юнь долго молчала, пытаясь понять, что она ощущала, и получила обещание от названого брата вскоре увидеть портрет матери, написанный ещё при жизни.

– Тот бог, что живёт на Красной Горе… он рисует портреты обитателей верхнего мира? – смекнула юная богиня, переждав приступ нахлынувшей печали от потери так и не обретенной семьи…

Однако ученица Великолепных Цветков уже привыкла к одиночеству – в смертном мире – и быстро справилась с ощущением тревоги, возникшим после появления мыслей о том, что она сирота.

– Верно, это его развлечение. Правда, рисует он не всех, а только тех, кого пожелает; к воротам его дома выстраивается очередь из желающих заполучить его работу, но чаще всего он отказывает, – отозвался Хань Ли, стерев пот со лба. – Этот бог довольно стар и ведёт размеренный образ жизни, потому я стараюсь не беспокоить его слишком часто.

Юнь Юнь кивнула и надолго замолчала, давая возможность брату восстановить потерянное от разговора дыхание. Хозяин Красной Горы интриговал её воображение. Девушка не могла забыть слов Бай Шэна о «старике с горы», который мог совратить её, – разумеется, сказано это было иначе, но именно так поняла смысл слов сама Юнь Юнь.

Когда Бай Шэн удивился наличию желания у юной куртизанки, вызванного укусом в шею, он в первую очередь вспомнил про него.