Книга Покров Тьмы, страница 136 – Маргарита Романова

— Не обращайте внимания, госпожа.

— Я настаиваю, покажи.

— Да вот купил той весной, когда купцы приезжали, эльфийскую ткань. Знаете, наверное, в которой в холода тепло, а в жару прохладно. Хотел вышить из нее что-то эдакое, а только такую хорошую ткань загубил. Брюки из нее еще не плохо вышли, а вот туника — сплошное уродство.

— Могу я взглянуть?

Мариэль мягко забрала из рук портного тунику, не дожидаясь ответа. В целом она выглядела не плохо, за исключением слишком глубокого выреза и разной длины рукавов. — Я возьму ее. Какова ее цена?

— Издеваетесь? Я собирался ее выкинуть. Я бы ни в коем случае не хотел бы даже показывать ее эльфам.

— За какую цену вы взяли ткань?

Морн долго колебался, но в конце концов назвал цену. И тут же, чтобы скрыть покрасневшие уши, принялся перебирать готовые камзолы, брюки, куртки и плащи.

— Часто бываете во Фрикарде?

— Нет. Последний раз была лет десять назад. С тех пор много что изменилось.

— Это правда, с тех пор много что изменилось.

— По пути сюда я встретила странную процессию. Люди были закованы в кандалы, а те, что их вели не были похожи на солдат.

— А, работорговцы. — Беззаботно ответил Морн, будто его это ни капли не волновало.

— Где они берут людей на продажу?

— В большинстве своем это воры или другие не особо опасные преступники, которых наказать надо, но казнить не обязательно. Конунг решил, что темницы для более опасных преступников и нечего камеры такими отбросами занимать, так еще и харчи казенные на них тратить. Так вот пусть прощение перед Свардом в служении людям отрабатывают. А работорговцы быстро просекли, что, если отлавливать таких негодяев, то за это и вознаграждение получить можно. Так это должно было работать в совершенстве. — Добавил Морн печально.

— Что пошло не так?

— Теперь на рынок может попасть кто угодно. Фермер, у которого не уродился урожай и ему нечем платить налоги, сироты, до которых дела нет, одинокий странник, попавшийся работорговцам. Нынче на дорогах опасно одному. Так что вы правильно делаете, что меч-то при себе держите. Вот, мне кажется вам это подойдет.

Он протянул Мариэль красно-черный камзол до пят, обитый изнутри шерстью, черную рубаху и черные кожаные брюки.

Она зашла за ширму и переоделась. Признаться, камзол и правда был весьма удобен. Он надевался как халат и застегивался на множество железных застежек. Надевать его было не дольше, чем завязывать корсет, зато снять его можно было одним рывком.

Вскоре вернулся сын портного с двумя парами высоких сапог. Одни — черные с красной шнуровкой — она надела на себя. Другие — коричневые — взяла для Малвеля. Так же у Морна она взяла еще два плаща с меховыми воротниками. Для друга она купила ту самую кривую тунику и брюки из той же ткани. На всякий случай взяла еще пару рубах и куртку.

Выйдя из прилавка, она пожалела, что пошла одна. Всю эту кучу свертков ей пришлось тащить в лагерь самой. Ко всему прочему, помимо одежды она закупилась и едой. Всю эту ораву все-таки надо кормить.

В лагерь она вернулась, когда солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Как и ожидалось, Малвель был очень недоволен плащом с лисьим воротником и сапогами из кожи. А из предложенных рубах, он выбрал именно неправильно сшитую. Куртку ему все-таки пришлось надеть, так как из-за глубокого выреза рубахи у него замерзла шея.