Книга Каструм Альбум, страница 9 – Анастасия Стрельцова

Девушка обмякла в руках Луки и, даже не сделав прощального выдоха, просто замерла на вдохе.

– Пилар…

Лука не мог поверить своим глазам: она лежала у него на руках бездыханная.

Всё внутри разорвалось от горя…

– Нет справедливости. Нет у богов никаких прав быть богами. Зачем предначертана ей эта участь. Я заклинаю самого себя, где бы я ни был, кем бы ни стал, не забуду: нет справедливости. Нет… – с этими словами навсегда душу Луки покинула способность верить в справедливость.

8

Вспыхнул пунический демон у порога дома Хакима, занялось пламя, поглощая всё вокруг, услышал Хаким дикий крик, полный горя, и долго смотрел, как сгорает его дом.

А наутро средь пепла и обломков нашел проросший маленький росток виноградной лозы.

– Вот ты где, моя неугомонная душа. Что ж, я позабочусь о тебе.

745 год н. э.

1

– Что будешь делать с виноградником, Хаким?

Вопрос вывел его из задумчивости. Спросила напористая, любопытная соседка. Не то чтобы ей до всего было дело, но, живя неподалеку, ей волей-неволей приходилось, как она сама говаривала, присматривать за одиноким чудаком.

Он жил в скромном доме с небольшим садом недалеко от Бенакана, и во дворе его росла удивительная лоза. Нигде в окрестностях больше не было такой лозы. Несмотря на небольшой размер виноградника, урожай каждый год удивлял соседей. А вкус вина, что получалось, был просто несравненным.

– Я тебя спрашиваю, что будешь делать?

– Ничего не буду делать, дорогая, ничего. Я лишь жду знака.

– Вот дуралей. Строительство вовсю идет. А если крепостные стены через твой двор пойдут? Куда пойдешь, а? Хаким?

– Не волнуйся, всё произойдет так, как должно произойти, – со вздохом ответил Хаким.

Соседка, подперев пышный бок кулаком, только покачала головой, а затем, как бы опомнившись, добавила:

– Вечером приходи на ужин, дети ждут твои сказки, муж будет рад. Придешь?

– Ветер сменился, – ответил Хаким. – Если получится, то приду.

Соседка лишь вздохнула в ответ. Она, как и Хаким, знала, что с переменой ветра приходит смена событий. Меняются судьбы. Горячий африканский ветер несет с собой разрушения и измены, а легкий весенний – радость и рождение.

Хаким вышел на небольшую узкую улочку, ведущую к морю и петляющую между одноэтажными домами, и направился в противоположную сторону к подножью Бенакана.

Глядя на немного косолапую походку Хакима, соседка проводила его долгим взглядом и, вздохнув, пошла в свой дом.

Странный, тихий человек был ее сосед, ладил с детьми. Откуда он – никто не знал. Часто он собирал на закате местную детвору и рассказывал ни на что не похожие сказки. Дети любили Хакима и его истории.

Он шел не спеша, вдыхая воздух, полный утренних запахов. Несмотря на то что всё вокруг менялось, воздух этого места продолжал пахнуть морем и свежей сдобой. Ему хотелось взглянуть на масштаб разворачивающегося действа. Стремительно растущая мусульманская медина в некогда маленьком иберийском поселении сметала жалкие ветхие лачуги, вытеснила крошечные стихийные базары и лавочки. Это приводило Хакима в трепетный восторг и вызывало у него тревожные сомнения. Буквально за один год изменилось всё. Прошло четыре года, как большое войско пришло на Пиренейский полуостров. Однако мусульмане, осевшие в Аликанте, столкнулись с уникальным характером местных жителей. Горячие и свободолюбивые, они скорее готовы были стать пиратами, чем подчиняться чужой вере и чужим правилам. Хаким наблюдал за происходящими событиями с неким азартом. Местные правители приняли разумное решение, предложив жителям Белого мыса кое-какие налоговые льготы в обмен на спокойствие в портовых зонах. Одновременно с возведением военного укрепления и замка на горе Бенакан вокруг города строили высокие крепостные стены. Хаким видел, что их высота в некоторых местах превышала тридцать шесть локтей или около того. Скоро город будет заключен в равнобедренный треугольник, имеющий свою вершину на самой высокой точке Бенакана и две другие у береговой линии слева и справа.