Книга Каструм Альбум, страница 64 – Анастасия Стрельцова

Тит неуклюже танцевал, ни на минуту не выпуская Ану из поля зрения. Улучив момент, он увел ее за руку. Они бежали по ночным улицам, и Ана смеялась.

– Пойдем, я покажу тебе что-то, – позвал Тит.

– Я хочу танцевать! – смеялась Ана.

Тит подошел ближе, и смех замер на ее губах. Он положил руку ей на запястье и закрыл глаза.

– Лучший звук в мире. Стук твоего сердца не оставляет меня в покое.

Ана снова прыснула.

– Не смейся! Ты глупая!

– Сам дурак.

– Я… – Тит поднес ее ладонь к лицу и поцеловал в самую середину, в самое чувствительное место на руке; не отнимая губ, поднял глаза и увидел, что Ана плачет.

– Не плачь. Я просто люблю тебя.

– Ах, Тит, мы не слишком взрослые, чтобы говорить об этом?

– Если хочешь такое сказать, то говори, даже если ты ребенок. Ведь после, может, и не получится.

Он повел ее к раскопкам и показал фундамент, который рабочие уже раскопали. Он зажег масляную лампу, осветив древние камни.

И Ана замерла от восторга.

– Представляешь, граф верит, что найдет клад.

– Вот бы нашел, – вздохнула Ана. – Пить хочется.

– Побудь здесь, я сейчас принесу. У рабочих должна быть бочка.

Тит бросился искать воду, а Ана спустилась в яму с раскопками. Зеленоватый свет привлек ее. Она протянула руку, потрогав шершавые стены, и вскрикнула: что-то больно кольнуло палец.

В городе начался фейерверк, и с крепости прозвучал выстрел пушки в честь молодых.

Легкая вибрация прошла по стенам ямы, в которой находилась Ана. Тит, заподозрив неладное, бросился назад, но сильный толчок отбросил его. Послышался дикий самодовольный хохот. Еще толчок приподнял землю под ногами… и вскоре всё стихло.

Подбежав к месту, где он оставил Ану, Тит закричал срывающимся голосом. Гора камней лежала, сложив стены временного строения, смяв их, как бумагу. Вместо раскопок снова возвышался посреди города холм из камней.

– Ана, Ана! – звал Тит.

Срывая ногти, он скреб землю. Он звал ее, надеясь, что она выбралась, что успела, что она сейчас опять засмеется и назовет его дураком.

14

Холм из камней и мусора так и остался в городе. На нем стояла легкая лачуга, в которой, как говорят, случались явления: странные звуки, вспышки зеленоватого света. Вечерами любители травить байки рассказывали о пропавших людях, осмелившихся зайти туда. И только в конце ХХ столетия были произведены раскопки и восстановлен первоначальный облик пороховой башни.

* * *

Граф Лумеарис женился, собрал большую коллекцию произведений искусства и, выкупив соседние к поместью дома, расширил свою усадьбу, сделав самым прекрасным дворцом Аликанте. С отцом он так и не помирился.

Тит жил сам по себе и дожил до глубокой старости. Он получил грант от семьи графа на обучение и позже служил хранителем коллекции и библиографом семьи Лумеарисов, оставив глубокие, полные печали, мемуары. Он потерял интерес к созерцанию прекрасного, но всегда точно мог оценить стоимость холста и определить его подлинность.

Через несколько лет после событий в Санта-Поле было принято решение заселить остров, который облюбовали пираты. Ему дали название Новая Табарка.

1854 год.

1

– Ты мрачнее, чем обычно, – между прочим сказала Кати́.

Хаким ничего не ответил. Он тряс старинный серебряный стакан, крышкой которого был другой стакан, побольше. Шейкер подарил ему один капитан, прибывший из Нового Света. Идея смешивания и взбалтывания жидкостей Хакима не впечатлила. Он с содроганием представлял, как привычная атмосфера депрессивного подвальчика расцветает коктейлями и фейерверками. Его всё устраивало как есть. Шейкер же не сделал его заведение модным. Хаким его использовал для игры в кости. В последнее время он вообще увлекся Книгой перемен, а кости, как известно, при работе с этим инструментом предсказаний необходимы.