Книга Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея, страница 388 – Мосян Тунсю

Уже трижды отбивший нацеленный на Шэнь Цинцю посох Юэ Цинъюань беспардонно заявил:

— Боюсь, мои глаза не те, что раньше.

Все прочие, наблюдавшие за этим противостоянием, наверняка пришли к единодушному согласию: слухи о том, что адепты Цанцюн готовы грудью встать за своих, что бы те ни натворили — сущая правда!

Предположим, одна рука может промахнуться, но чтобы обе, да еще столько раз? Ладно один раз перепутать противника из-за затуманившегося взора — но то, что представало их глазам, походило вовсе не на слепоту — на чьей вы оба стороне, в конце-то концов? (╯‵□′)╯︵┻━┻

Своими действиями эти двое словно хотели дать всем понять: «Драться можно, а вот бить лорда пика Цинцзин — нельзя!»

Толкнув Ло Бинхэ в спину, Шэнь Цинцю бросил в раздражении:

— Смерти ищешь? Уходи первым!

Однако его ученика было не так-то просто устранить: схватив Шэнь Цинцю за запястье, он заявил:

— Учитель, уходим! Следуйте за мной!

Шэнь Цинцю не стал оборачиваться, чтобы поглядеть на его выражение лица. Прежде всего, у него и времени-то на это не было. Ну а во-вторых, его терпение также иссякло.

— И что ты встал как вкопанный? — бросил он, отмахиваясь от ученика. — Когда учитель велит уходить — надо уходить! Будешь ты слушаться или нет?

Шэнь Цинцю не знал, сколько времени продержится против наседающих на него заклинателей. Уйти, как того требовал Ло Бинхэ, в сложившейся ситуации он не мог. Комедия, которую ему на потребу ломали Юэ Цинъюань и Лю Цингэ, никого не могла обмануть. Настоятель Уван уже достиг точки кипения. Кто-то из них — он или Ло Бинхэ — должен остаться на растерзание толпе, в противном случае по их вине вновь разразится война, на сей раз между храмом Чжаохуа и хребтом Цанцюн.

— …Быть по-вашему, — мгновение спустя шепнул Ло Бинхэ. — Я подчиняюсь воле учителя.

Миг спустя он уже приземлился на площади перед Залом великой силы.

Подобная скорость воистину поражала воображение. Как были, с занесенными мечами, заклинатели скопом ломанулись следом за ним.

— Разойдись! — прокричал им вслед настоятель Уван.

Как только монахи высыпали на площадь, Шэнь Цинцю одним стремительным движением извлек из ножен Сюя. Повинуясь щелчку пальцев, меч, казалось, впал в безумие, мечась между монахами так, что те оступались, сбивая их с толку, разрушая их заклятья.

— Твой учитель сперва должен вернуться на хребет Цанцюн, — прокричал он вслед Ло Бинхэ. — Потом я разыщу тебя!

Учитывая, что Ло Бинхэ может в любой момент проникнуть в его Царство снов, искать его даже не придется — достаточно смежить веки, и тоска его ученика будет утолена — однако не мог же Шэнь Цинцю прокричать об этом во всеуслышание? То, что он сказал, и без того могло смутить кого угодно — при этой мысли Шэнь Цинцю невольно бросил виноватый взгляд в сторону сотоварищей с Цанцюн.

Заметив это, Ло Бинхэ тотчас приподнял уголок рта, отчего его лицо исказила весьма странная улыбка.

Каждый, кто заметил эту улыбку, невольно содрогнулся от необъяснимого страха.

— Я вернусь за тобой! — отчетливо произнес Ло Бинхэ и скрылся с глаз прежде, чем истаял звук его голоса.

Обнаружив, что добыча ушла, настоятель Уван издал раздраженный вздох. Шэнь Цинцю же, напротив, выдохнул с облегчением, тотчас зачехлив Сюя.

Протягивая меч Юэ Цинъюаню на вытянутых руках, он покаянно изрек: