Книга Академия над бездной. Оседлать шторм, страница 42 – Рина Ских

Я тряхнула головой. Хватит. Это был просто… учебный момент. Просто дракон, просто преподаватель. Просто я, чуть не устроившая взрыв. Все очень просто.

На практике по элементальной магии я чувствовала себя как обычно — настороженно.

Профессор Флин ходил между рядами, поглядывая на студентов, словно выбирал, кого первым испепелить за неумелость.

— Сегодня контрольная отработка, — сообщил он. — Обычное задание: нарисовать водой в воздухе узор. Лиза. Вам для нижнего проходного балла задание то же — просто нагреть воду в чаше. Без катастроф, если можно.

Среди студентов пронесся легкий смешок. Я невольно сжала ладони. Мой «ледяной фокус» стал уже академическим анекдотом.

— Лиза, — снова обратился ко мне профессор, — вы и начнете.

Я сглотнула. Подошла к своему столу, положила ладони над чашей.

Вдох. Выдох. Поток. Не гнать, а направить. Не ломать, а выстроить русло.

Как учил… дракон.

Вода послушно затеплилась. Над ней поднялся пар. Ровный, стабильный.

Никакого льда. Никаких взрывов. Просто раз — и получилось.

Я подняла голову и впервые за все время увидела, как профессор Флин медленно кивает, а на лице отражается нечто похожее на одобрение.

— Вот как. Значит, все-таки не безнадежна, — пробурчал он.

В аудитории поднялся гул.

— Видимо, особое покровительство делает чудеса, — раздался язвительный голос.

Мариус. Он сидел на своем месте, небрежно облокотившись о стол, и смотрел на меня с ленивой усмешкой.

— Что, ректор теперь устраивает частные уроки? — протянул он. — Или я что-то путаю и твой особый статус стал еще особеннее?

Последнее слово он произнес с такой интонацией и презрительной ухмылкой, что враз стало ясно, на что он намекает. По рядам прокатился шепот. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

— Лучше посещать дополнительные занятия, чем быть тенью собственного отца, — вырвалось прежде, чем я успела подумать.

Воздух в аудитории словно застыл. Мариус резко выпрямился, его глаза угрожающе сверкнули.

— Что ты сказала?

— Кажется, ты прекрасно расслышал, — ответила я, чувствуя, как ноги дрожат.

Профессор Флин кашлянул, возвращая всех к реальности.

— Хватит, — отрезал он. — Здесь не бал правящих домов. Еще одно слово — и оба чистите алхимическую лабораторию до конца месяца.

Я села, чувствуя, как колотится сердце. Лео тихо шепнул сбоку:

— Ну, если ты хотела, чтобы тебя заметили, поздравляю. Теперь заметили все.

После занятий я бежала по коридору, прижимая к груди тетрадь. Гул голосов следовал за мной — слухи уже разлетались. «Она постоянно в архиве у ректора», «он лично взял ее под опеку», «говорят, она у него остается и после отбоя».

Я стиснула зубы. Знала, что моя жизнь здесь не будет простой, но чтоб настолько… И все же следующим вечером вновь спешила в архив. Лорд, не поднимая глаз, произнес тихо:

— Опоздала на две минуты.

— У вас часы на пять минут спешат, — отозвалась я автоматически.

— Или ты слишком медленно двигаешься, — сказал он, и уголок его рта едва заметно дрогнул. — Садись.

И я вдруг поняла, что улыбаюсь.

Рутина, выстроенная Кайденом с драконьей педантичностью, дала трещину в понедельник.

На утренней лекции профессор зельеварения отложил журнал и объявил:

— В среду, после обеда, у первокурсников обязательная полевая практика. Мы отправляемся в Шепчущие Рощи для сбора и классификации алхимических ингредиентов. Явка строго обязательна.