Книга Академия над бездной. Оседлать шторм, страница 16 – Рина Ских

И чем они только думали, давая столь бесполезные советы? Быть собой, серьезно? Мне притвориться испуганной до смерти, саркастичной и совершенно неуместной здесь девушкой из другого мира? Отличный план. Надежный, как швейцарские часы.

Мы подошли к большой арке, под которой сияла подрагивающая голубая завеса телепорта.

— Абитуриенты высшей академии магии, по десять человек, проходите для перемещения! — зычным голосом выкрикивал стражник.

— Ну что, готова? — спросила Элара, сжимая мою руку еще крепче.

— Нет, — честно ответила я. — А ты?

— Ужасно боюсь, — призналась она. — Пойдем?

Наша очередь подошла. Мы шагнули вперед, к сияющей завесе. Последнее, что я помнила из своего старого мира, — это экран ноутбука. Последнее, что я видела в этом мире перед лицом неизвестности, — ободряющая улыбка Элары.

Я сделала шаг в голубое сияние, мысленно прощаясь со своей короткой, но яркой жизнью попаданки. Ладно, Лиза, соберись. Худшее, что может случиться, — меня вышвырнут. Или испепелят. В любом случае это будет быстро. Наверное.

Ощущение от телепортации было… странным. Будто тебя разобрали на атомы, пропустили через пылесос и собрали заново, но пару деталей вставили не той стороной. На секунду я почувствовала запах озона из того леса, где встретила Моренну, и вкус пиццы из моей прошлой жизни одновременно. А потом все закончилось.

Я стояла на идеально подстриженном газоне, таком зеленом, что казался нарисованным. Воздух кружил голову. Прохладный, прозрачный, он пах незнакомыми цветами, сладко-терпкими, будто из сна. Передо мной возвышались врата академии «Лазурный пик». Из города они выглядели впечатляюще. Вблизи — просто сносили крышу.

Ворота высотой с трехэтажный дом давили величием. Я чувствовала себя даже не муравьем, а пылинкой на ботинке этого муравья. Их поверхность переливалась матовым светом, похожим на отполированный лунный камень. По камню медленно скользили руны, сменяя друг друга, будто в такт чьему-то дыханию. В воздухе стояла магия — живая, древняя, густая, от которой хотелось съежиться и стать невидимой.

— Просьба не трогать врата, — пророкотал равнодушный голос. — В прошлом году один абитуриент решил проверить их на прочность. Мы до сих пор собираем его по частям в разных временных потоках.

Голос принадлежал одному из стражей, закованных в лазурную броню с ног до головы. Шлем скрывал лицо, но в интонации сквозила усталость: он видел таких, как мы, множество, и мы все ему уже надоели.

Нас, сотню или около того перепуганных абитуриентов, провели через врата во внутренний двор, а затем в огромный зал, залитый светом. Высокие витражные окна отражали солнечные лучи, играя переливами по мраморному полу. Вдоль стен выстроились статуи великих магов прошлого, и каждый каменный взгляд излучал легкое разочарование, словно они заранее знали, что мы не оправдаем их ожиданий.

Нас рассадили за длинные столы, перед каждым положили девственно-чистый лист пергамента и перо, которое подозрительно подрагивало.

— Первая часть экзамена — теоретическая, — объявил высокий пожилой маг в мантии, обшитой серебряной нитью. Его седая борода сияла в солнечном луче так, что казалась почти прозрачной. — У вас есть один час. Переворачивайте листы. Да пребудет с вами мудрость предков.

Я перевернула лист. И поняла, что мудрость предков решила сегодня взять отгул. Вопросы смотрели на меня с немым укором.