Книга Противостояние эльфов, страница 259 – Мира Ризман

Дарк всё больше мрачнел, наблюдая за разворачивающимися событиями. От его цепкого взгляда едва ли не укрылась не только нелепость всей этой глупой свары, но и её совершенно несерьёзный результат. За долгий час было сломано с десяток крыльев у летучих мышей, отдавлено несколько лап и исцарапана пара морд, бэрлокцы вообще могли пожаловаться только на многочисленные укусы, да на помятые в давке между собой ребра! Это был совершеннейший провал, худшим завершением которого стало появление королевской стражи, которая забрала завалившихся от усталости воинов.

— Блестяще! — В гостиную внезапно вплыла Килара. На ней было невероятно красивое кроваво-красное платье. Ткань плотно облегала идеальную фигуру, подчёркивая самые волнительные её изгибы, но при этом оставляя достаточно места для фантазии и свободы движений. Появление первой жены заставило Рену напрячься. От пронзительного взгляда Килары холодели внутренности, и появлялось непреодолимое желание сбежать и спрятаться, а её властный голос так и сочился сарказмом. — Просто невероятное сражение! Не могу передать своего восхищения, Дюлан!

Она произнесла его имя с такой жёсткой интонацией, что Дарк невольно дёрнулся, как от пощёчины. В его глазах вспыхнуло тёмное пламя, а красивое лицо тут же исказила маска гнева. Он весьма болезненно воспринял случившийся проигрыш, и, похоже, был на грани. Рена явственно ощутила исходящие от него чувства безысходности и затаённого страха. Дарк казался загнанным в угол зверем, оскалившимся и готовящимся к последней смертельной схватке. Никогда прежде Рена не видела в его глазах такого отчаяния. Однако Килара словно и вовсе этого не замечала, продолжая напирать:

— Я же говорила, делать что-либо без Танца бессмысленно!

— Да знаю я! Знаю! — взревел, будто раненый, Дарк, в бессилии закрывая руками уши. Он крепко прижал ладони к голове, будто собирался её раздавить. Похоже, Киларе было недостаточно слов, и она решила добить мужа ментально. Безжалостно сжигая воздвигнутые преграды, первая жена ворвалась в его мозг, и тот теперь изнывал от чудовищной боли, отголоски которой вмиг добрались и до Рены.

— Что за танец? — Вопрос Нэйдж прозвучал весьма некстати, лишь усилив возникшее напряжение.

— Это нечто посильнее твоей непутёвой магии, глупышка! — с насмешкой произнесла Килара, а её глаза загорелись пугающим безумный огнём.

— Непутёвой? — Нэйдж резко сдвинула тонкие брови к переносице, собираясь выдать что-то столь же оскорбительное в ответ, но от обмена колкостями их отвлёк появившийся на пороге гостиной Торик. Облачённый во всё чёрное, он напоминал в тот момент агни Рэбэнуса. И хотя на его лице красовалась любезная улыбка, она никак не могла скрыть хищного опасного взгляда, которым лорд прожигал Дарка. Подобно крылатому чёрному вестнику, Торик прибыл, отнюдь, с недобрыми новостями.

— Д’фир Килара права, Дюлан. Время пришло! — входя в комнату, заявил он. Щелчком пальцев лорд заставил дверь за собой плотно закрыться. Рене показалось, что будто на комнату набросили невидимый полог, скрывающий их всех от чужих глаз. И в подтверждении возникших подозрений, она воззрилась на гобелен и с удивлением обнаружила, что тот полностью окрасился в непроглядный чёрный цвет. Словно зачарованная, Рена не могла оторвать от этой темноты взгляда, ей чудилось, что она живая и движется, закручиваясь, подобно затягивающей воронке. От неё веяло ледяным холодом и дыханием смерти, отчего даже в комнате как-то разом стало сумрачнее и неуютнее.