Книга Кровь песков, страница 40 – С. К. Грейсон

— Пять кланов — и те не устоят перед моей мощью, — прошипел он.

— И перед моей. Но я не хотел рубить тех, кто нам понадобится, чтобы ломать Келвадан.

— Значит, ты позволил им бросить мне вызов? — глаза блеснули. Я склонил голову.

— Я выбил другое. Они пойдут за Чемпионом Испытаний Баллан. Этим Чемпионом буду я.

Огонь в глазах не погас, но он склонил голову набок:

— Они присоединятся к Каталу, если победишь ты.

— Я — ваш клинок, — сказал я честно. Укажи — и я убью любого. Я — Вайпер, и больше ничего. — А вы — истинный Чемпион для тех, кто чтит старые пути.

Он вроде бы успокоился и откинулся на руки, но взгляд оставался прищурен.

— Придётся ехать в Келвадан на Испытания. Под глазом королевы.

— Я сделаю, что нужно, — только и сказал я. Не рад был ставить лагерь в тени города на всё время Испытаний. Но переживал и хуже. Лорд Аласдар дал мне силу.

Он кивнул. Лицо уже закрывалось стеной. Я почти видел, как он пересчитывает ходы — всегда на два шага вперёд. Мне оставлял — быть оружием.

— До Испытаний тренируешь наездников каждый день. Лепи из того, что уже есть, силу, способную ударить по Келвадану. Некогда начинать с нуля, когда остальные подойдут. Я жду, что ты будешь гонять их ежедневно.

Это был приказ — и отставка. Я кивнул и вышел. Мы с Алзой проглотили весь день дорогой. Тени палат ложились длинными клиньями на оранжевый песок — солнце катилось вниз.

Ночью я сидел в шатре и точил саблю и кинжал. Снаружи — жизнь: варево у общих костров, всадники после выучки, что-то пересмеивались, кто-то хихикал на чью-то шутку. Я сильнее провёл бруском по едва изогнутому лезвию — металлический ш-ш-ш забил смехи. Шёпот в голове поднялся — звал, тянул, а я не отзывался.

В такие вечера я вспоминал, почему люблю ставить бивуак в пустыне — только я и Алза. Люди вокруг лишь напоминали: я — другой. Вайпер. Веду — но не свой.

Хотелось не снимать маску — железо как знак моей границы. Но усталость давила. Я отчитал себя — снял металл с лица. Ночью — спать. Утром — тренировать всадников кланов. Дальше — лечить трещины пустыни.

Когда тьма уже подтекала под веки, мои рёбра ударило изнутри. Я рывком сел. Магия взметнулась — хлещущая, без повода. Череп стал тесен; я вцепился пальцами в волосы — будто выдрать давление.

Я зажмурился. Стянул магию голой волей — как дикого коня, как когда-то — Алзу. Сжатым кулаком бил себя в бедро. Возвращал себя в тело, где миг назад ум грозил рассыпаться по песку.

Волна схлынула. Вернулась в обычный шёпот. Воздух в шатре успокоился. Во рту осталась тонкий привкус паники — не моей, чужой, далёкой. Я дышал ровно, бил кулаком ещё пару раз. Боль — лучшая узда для магии, когда она ломится. Хотя в последний раз меня так вырубало без причины — много лет назад.

Теперь пустынная сила ворочалась чаще. И тянула меня за собой.

Глава 10

КИРА

Я смотрела под ноги, пока двое стражников вели меня всё дальше внутрь дворца. Даже зажатая между ними, подталкиваемая вперёд по просторному каменному коридору, я ощутила странное спокойствие. Словно где-то вне меня поднялась волна и замедлила сердце и дыхание, пока в голове гремели мысли.

Если повезёт — меня «всего лишь» снова вышвырнут в изгнание. Скорее — казнят за то, что подвергла гостей королевы опасности, показав, как пустыня меня прокляла.