Книга Княжна Екатерина Распутина, страница 103 – Ольга Токарева

Однажды, обуянный гневом, Сульван попытался уничтожить кристалл, но чудом остался жив, сраженный молнией ответной энергии. Время текло, словно раскаленная лава, обжигая наши души. Прошло, наверное, около ста лет, и мы начали замечать, как меняемся. Наша кожа приобрела мертвенно-серый оттенок.

Преображение не миновало и друида. Он превратился в чудовище, в котором, однако, еще теплились искры былого разума. Он по-прежнему одержим был идеей возвращения домой, но магии ему отчаянно не хватало. И тогда он принялся забирать ее у нас. Погружал лес и нас в ледяной сон. Во время этого забытья к нам возвращались крупицы магии. Наполненные жизненной силой, мы пробуждались, но лишь для того, чтобы через несколько часов вновь погрузиться в чары истощающего сна.

Мы давно уже поняли, что Сульван обезумел. Он превратил нас в доноров, проводя над нами чудовищный ритуал по выкачиванию магических сил. Этот порочный круг нужно было прервать много лет назад, но у нас не хватало смелости убить того, кто когда-то был нашим другом и проводником.

— Мне жаль, — отозвалась я, внимая печальному рассказу первой феи и понимая, что они, живя в отравленной среде, постепенно подверглись мутации.

— Но как… Как вам удалось миновать нашу защиту? — изумленно пролепетала вторая фея. В голосе ее звучало неподдельное изумление. За долгие годы никто не смог преодолеть барьер.

— Мой друг родом с другой планеты. Сама его сущность позволяет ему выдерживать колоссальные нагрузки. Кстати, ваш купол здесь называют блуждающим разломом. Когда он приземляется, возникает чудовищное давление, и если бы не Хромус, я бы сейчас с вами не разговаривала.

— Благодарю твоего друга! Это он убил Сульвана! — восторженно пропищала вторая фея, хлопая в ладоши. — Но наша спасительница — ты! Может быть, ты сможешь пробудить и наш народ?

— Мне не составит труда это сделать, — с добродушной улыбкой ответила я. — Ведите меня к ним, — попросила и бросила взгляд на «Володю».

Он лишь покачал головой, намекая мне на то, что я опять куда-то вляпываюсь. Закинув рюкзак на плечо, Хромус последовал за порхающими феями, а я тоже не отставала.

Пока мы шли, я наблюдала, как полог зимнего сна отступает, являя пробуждающуюся природу. С ветвей со звоном срывалась веселая капель, под ногами хлюпала вода, вытесняя остатки льда. Деревья, словно сбрасывая тяжкое бремя, роняли шапки подтаявшего снега. Лес наполнился многоголосым шепотом и треском ломающихся веток, не выдержавших тяжести мокрого снега. Все происходило стремительно, будто я смотрела ускоренную съемку фильма, ожидая, что вот-вот мир вокруг взорвется буйством красок и ароматов.

Но чуда не случилось. Снег, словно повинуясь невидимому велению, быстро растаял, жадно впитываясь в землю. Воздух наполнился сыростью и терпким запахом прелой листвы.

— Вот наши дома, — прозвенел тонкий голосок первой феи, в ее глазах плескалась надежда, когда она смотрела на меня.

Я, не говоря ни слова, направила целительную энергию в крошечные кукольные домики, приютившиеся у стволов деревьев. Вскоре крохотные дверцы начали открываться, и оттуда один за другим выпорхнул изумительный народец с тончайшими невесомыми крыльями за спиной.

В окрестностях разразилась вакханалия радостного шелеста и восторженного писка. Наконец, утолив жажду объятий, феи обратили свои взгляды на меня и «Володю».