Книга Жена Короля и любовница ветра, страница 91 – Аманда Франкон

— Напротив, все очень легко. Добрая воля — это добрая воля, юмор — это юмор, а злоба — это злоба. У драконов не бывает доброты и смеха со злым умыслом, как и зла для благой цели. Помни об этом, когда общаешься с остальными.

Звучало и в самом деле просто, но я не могла заставить себя безоговорочно доверять всем вокруг после того, как недавно Эйрик, признававшийся в любви, едва не казнил меня.

— Я бы хотела понимать драконий язык, чтобы освоиться проще, но не знаю, как мне его тут учить, — сказала я и замерла. По сути, озвучила завуалированный вопрос, и теперь наблюдала за реакцией дракона.

Старр улыбнулся и одобрительно кивнул.

— Быстро схватываешь. А диалект наш тоже довольно прост. В нем нет большинства тех смыслов и оборотов, которыми пользуетесь вы, жители континента. Кое-что я могу тебе рассказать сейчас, но думаю, тебе будет проще познавать наш язык в общении с другими, — Старр снова поднялся — ему явно не сиделось на месте, и я покорно встала вслед за ним.

Мы вернулись в библиотеку и провели несколько часов за книгами. Алфавит драконьего языка я уже видела и знала по срисовкам с древних каменных плит, которые хранились в Академии, но большую часть слов давно забыла. Дракон терпеливо объяснял мне их, а заодно показывал, как произносить сложные рычащие звуки, которых в местном диалекте оказалось целых шесть.

Мы выбрались наружу, когда солнце уже спряталось за одним из островов, небо темнело, но туман, стелющийся между скалами, еще пылал рыжим и алым. Я на миг замерла, мне показалось, что земля и небо поменялись местами, но быстро пришло осознание: солнце светило где-то там, за бесконечной пеленой тумана, и окончательно исчезнет еще нескоро.

— Ты отличный наставник, — сказала я по-драконьи, пытаясь подражать агрессивному рыку местных. — Я и не заметила, как пролетело время.

— В краю драконов это… скажем так, моя работа, — ответил дракон по-эльфийски, явно выпендриваясь, — учить юнцов чтению, письму и счету, рассказывать об истории и о мире вообще. А заодно объяснять некоторые правила поведения. По-человечески это, кажется, называется «учитель».

Я сильно удивилась, услышав такое признание. Еще раз посмотрела на изящную фигуру, отметила мягкую походку и длинные узкие ладони, какие бывают у человеческих аристократов. Но несмотря на плавный, если не сказать ускользающий облик, в нем чувствовалась немалая сила. Впрочем, как и во всех, кто теперь меня окружал.

— Мне казалось, что ты разведчик или что-то вроде, — призналась я, ступая на уже ставшую привычной узкую дорожку к дому.

— Был когда-то, — пояснил Старр, и я почувствовала неловкость из-за его откровенности, бьющей прямо в лоб. Похоже, он нисколько не приврал, когда говорил о том, что драконы всегда честны.

— Дальше доберешься сама, — Старр дружески похлопал меня по плечу, но смотрел при этом куда-то вдаль.

— Да… спасибо за помощь, — я кивнула ему и пошла по тропе, ориентируясь уже не столько на зрение, сколько на магическое чутье.

Пока добиралась до нового дома, окончательно вымоталась. Огромное количество воздушных потоков, бьющих вокруг, казалось, без всякой системы, сбивало меня с толку, мешало сосредоточиться даже на камнях под ногами. И когда я зарылась в мягкие шкуры, думала, что сразу усну. Но стоило закрыть глаза, как меня накрыла волна болезненных воспоминаний.