Книга Тихоня на боевом факультете, страница 157 – Светлана Томская

Кестер больше ничего не говорит, только смотрит своими тёмными, почти чёрными глазами прямо мне в душу, а потом целует. Целует так, что мир переворачивается.

А когда он уходит, вернув меня в кресло, я ещё долго смотрю на закрывшуюся дверь.

Моя жизнь так резко изменилась. Но думать об этом не хочется. Нет места сейчас для правильных и неправильных мыслей, потому что каждая клеточка тела, каждая частичка души переполнены счастьем.

Айленгор появляется ещё раз перед самым отъездом.

За ним в комнату заходит один из младших учеников Академии. Парнишке лет пятнадцать. Он старательно отводит от меня взгляд, ставит поднос с завтраком на стол и, повинуясь жесту магистра, выходит.

Никак не могу привыкнуть. В этом мире нет домовиков. И здесь, в чисто мужской Академии, царит жёсткая иерархия. Самые юные мальчишки лет двенадцати-пятнадцати проходят период послушания. Их привлекают ко всем подсобным работам: кухонным, огородным, уборке помещений и «куда магистр пошлёт».

Меня это смущает, хотя чем это отличается от работы Эли? Да и сама я в приюте жила именно такой жизнью.

– Они зайдут вечером, – без предисловия заявляет Айленгор, устраиваясь в кресле.

И я понимаю, о ком он. Судорожно выдыхаю и ограничиваюсь кивком головы.

– В общем, – продолжает магистр, – я зашёл дать тебе задания на день. Во-первых, отдохни.

И я краснею, уловив в этих словах намёк на бессонную ночь.

– Потому что я специально вас выматывал эти две недели, – как ни в чём не бывало поясняет Айленгор.

И я краснею ещё больше, понимая, что о неприличном думаю только я.

Впрочем, я, кажется, вообще пока что не способна думать ни о чём другом.

– Во-вторых. – Айленгор указывает на камин. – Собери огня сколько сможешь. Я дал команду подкидывать дрова в течение всего дня.

Киваю. Это я умею. Этим мы занимались ежевечерне, восстанавливая запас сил после изнурительных тренировок.

– Ну и третье – постарайся установить связь с Кестером.

У меня глаза округляются от удивления. Связь напарников устанавливается на расстоянии от трёх до двадцати метров. У нас с Кесом пару раз на тренировках получалось девять и один раз даже двенадцать метров, а так, чтобы надёжно, – не более семи.

– Но вы же будете далеко!

– А ты попробуй.

В голосе Айленгора нет уверенности, но зато есть что-то, похожее на веру в чудо.

– Понимаешь, Амелия, – вкрадчивым голосом пытается объяснить он, – в истории нашей Академии была пара случаев, когда напарником мужчины становилась девушка. Давно. И, судя по записям, они могли устанавливать связь на большее расстояние, чем обычные пары.

– Но у нас с Кесом ведь пока что было как обычно, не более …

Я замолкаю, только теперь сообразив, на что именно намекает магистр. Вот я дурная. Он пытается донести до меня свою мысль так, чтобы не задеть мои чувства, а я, можно сказать, сама нарываюсь.

– Я поняла, магистр, – просевшим голосом лепечу я и отворачиваюсь, чтобы скрыть смущение.

– Вот и замечательно, – просто говорит Айленгор, поднимаясь. – Возможно, это всего лишь сказки, но проверить не мешает. Да, и ещё… с тобой останется Сажик, то есть, тьфу ты… Альфин.

Я невольно улыбаюсь, вспомнив, как Айленгор и Мардего отреагировали на подросшего Сажика в первый момент после перехода.

Большую часть этих ругательств я знала из приютской жизни, но, вот чтобы они звучали с таким восхищением, это было впервые.