Книга Присяга фортуны, страница 37 – К. Дж. Саттон

Деймон не отреагировал на мои слова.

– Я люблю его, Фортуна, – просто сказал он, будто все действительно так просто. – Я никуда не пойду.

Я вновь лишилась дара речи. Стояла, вглядываясь в лицо Деймона в поисках какой-то подсказки. Может, это все ложь. Может, он пытался подать мне сигнал. Но ничто не изменилось в выражении его лица, а в глазах я видела отблеск сожаления. Не о выборе, который он сделал, а о том, что ранил меня.

Единственный звук между нами исходил от ближайшего факела. Пламя колебалось и потрескивало, но не гасло. Я отвела взгляд от мягкого света и взглянула на Деймона. Моя решимость окрепла. Борясь с тошнотой, я разыграла последнюю карту.

– А как же твое обещание маме?

Деймон побледнел.

Тот день многое изменил для нас. И пусть прошло немало времени, каждая деталь запечатлелась в памяти. Закрыть глаза, и я вновь возвращаюсь в ту палату. Слабый запах лекарств, первые отблески утра, пробивающиеся сквозь занавески. Когда маленький Деймон проснулся и я поняла, что с ним все будет в порядке, то задрожала. Я уткнулась в покрывало и заплакала. Спустя несколько минут приподнялась, взяла руку Деймона в свою и принесла клятву.

– Теперь я постараюсь быть хорошей сестрой. Я о тебе позабочусь. Обещаю.

– Я тоже буду о тебе заботиться, – прохрипел брат. Он даже не колебался. Повернулся к маме, которая стояла с другой стороны кровати. Он понимал, что обещание, данное ей, куда важнее. – Обещаю.

Через три недели мама умерла.

И хотя я никогда не спрашивала Деймона об этом, но знала, что это одно из последних его воспоминаний о ней. И вот я использую это, нечто святое, что должно оставаться нетронутым.

Но брат не позволил боли перерасти в злость, как сделала бы я. Вместо этого Деймон коснулся моей щеки. Касание было бесконечно нежным, и это в очередной раз доказало, что он куда лучше, чем когда-либо смогу стать я, – факт, который давно приняла.

– Ты права. Мы обещали, – пробормотал он. Печальная улыбка искривила его губы.

– Так позволь мне сдержать обещание, – попросила я, удерживая его руку.

– Разве ты не видишь? Это прекрасно. Ты свободна, сестренка, – возразил Деймон. – Теперь за мной есть кому присмотреть. Можешь больше не беспокоиться.

– Нет, обещания работают не так, – мой голос дрогнул, и я замолчала. Во тьме, хранящей тайны и страхи, стала очевидна еще одна правда. – И кто же присмотрит за мной?

– О, Фортуна. Мне ли тебе рассказывать, какая ты решительная? Какая смелая и сильная? Я так завидовал этому, когда мы были детьми. Но что бы ни думали ты и Джассин, я не могу вернуться. Нам там не место. И так было всегда, – внезапно у Деймона загорелись глаза. – Оставайся! Больше не придется прятаться. Не придется стыдиться. В Неблагом Дворе мы сможем снова стать семьей!

Я могла лишь смотреть на него, не находя слов. Это напоминало спор с безумцем. Я уже попробовала уговоры и манипуляцию – пришло время для других методов. В отчаянии отшатнулась, шаря взглядом во тьме.

– Коллиф? – пробормотала я. – Ты меня слышишь?

Ничего не произошло.

Я повторила его имя громче, несмотря на риск, что нас услышат. Деймон в замешательстве нахмурился. Но вдруг его глаза расширились. Он распростерся на полу. Я раздраженно обернулась к Коллифу, чье присутствие уже ощущала. Оно заполняло коридор, словно поток воды. Его лицо оставалось в тени, он хранил странное молчание. Я вопросительно взглянула на Коллифа, разъяренная реакцией Деймона – очевидно, фейри так промыли ему мозги, что он начал считать их богами.