Книга Женщина с изъяном, страница 73 – Лера Виннер

Он не стал договаривать, избегая необходимости быть слишком высокопарным, а я поспешно кивнула, давая понять, что все поняла.

— Это дурацкий план.

— Ему он кажется выполнимым. Додумался же он до похищения. Впрочем, я не исключаю, что есть еще и запасной: прикончить сначала тебя, а после разобраться со мной, когда я потеряю голову от ярости. Не пуля, так еще один донос о том, что я потерял контроль и превратился в монстра.

— Ты не монстр, Даниэль, — я сказала это так тихо, как могла, чтобы даже ветер не слышал.

Лагард посмотрел на меня снова, и я залюбовалась тем, как блестели в этот момент его глаза.

— Главное не говори ничего подобного святой братии.

— Не испытываю ни малейшего желания с ними разговаривать, — я хмыкнула, одновременно пытаясь оценить собственные чувства по этому поводу.

Самим своим видом церковники все еще вызывали во мне плохо контролируемую дрожь не то беспомощного страха, не то омерзения, но теперь, когда мой случайный муж так неожиданно оказался настолько моим, совладать с ней было легче.

— Рошен пришел с ними, мне думается. Монах, затерявшийся среди других монахов.

— За это я ненавижу монахов. Если они начинают сновать поблизости, жди беды.

От неожиданной догадки я натянула поводья, вынуждая лошадь замереть на месте.

Посетившая меня мысль была настолько очевидной, что стоило бы разозлиться на себя за то, что она не пришла мне в голову раньше.

— Дани?

— Как ты только что сказал? «Руперт банально смертен»?

Даниэль тоже остановил своего коня и развернулся ко мне.

— К чему ты клонишь?

— Ты сказал, в банде был главарь, пропитанный им. Десять человек это много, Дэн. Слишком много для одного калеки, уж извини. По его замыслу, даже если бы ты выбрался живым, это произошло бы очень нескоро. Где в это время был он сам?

Глаза Даниэля потемнели, напомнив мне небо, которое стремительно затягивало облаками.

Я еще не договорила, но мы оба уже знали, что я, с огромной долей вероятности, права.

— Ты скрыл свои следы от меня, отвел их взгляды, заставил довольствоваться тобой, чтобы за мной они уже не вернулись. Но что будет, если, вернувшись домой, ты найдешь там только мертвецов?

Что-то внутри меня вопило и корчилось от ужаса, стоило лишь попробовать вообразить себе, сколько боли ему придется пережить в таком случае.

Даниэль на мгновение стиснул зубы слишком сильно, — в попытке понять, не поздно ли, — а потом тряхнул головой.

— Не найду.

Мы, не сговариваясь, пустили коней в галоп, боясь только одного — все-таки опоздать.

Мы не опоздали.

К тому моменту, когда вдали показался его, — наш, — дом, уже опустились сумерки. Проспав слишком долго, мы выехали слишком поздно.

Если бы не подгоняли лошадей, вернулись бы глубокой ночью.

Даниэль осадил коня, и я сделала это вслед за ним, потому что то, что мы увидели, пугало и завораживало в равной степени — до немоты.

Сотканный Рупертом барьер светился. Мягкий зеленоватый свет поднимался с земли, дрожал и переливался.

С трудом оторвавшись от этого зрелища, я бросила на Лагарда быстрый взгляд, и он сорвался с места первым.

Моя кобыла догнала его быстро, и по мере нашего приближения я начинала чувствовать то, что он ощутил издали.

Сила, пытавшаяся прорваться в дом, хотела только одного — убивать.

Она не была сконцентрированной и хорошо направленной, в ней не чувствовалось власти пославшего ее колдуна. Только ярость. Просто… порыв.