Книга Хозяйка Забытой Академии, страница 11 – Алена Ягинская, Леся Рысёнок

– Попрошу взять меня на работу, – ответила женщине.

– Вот как? – удивилась она. – А ну-ка, ну-ка, что ты умеешь делать?

– Могу организовать работу учебного заведения,– осторожно сказала я.

А как иначе? Такое заведение, как у нас, оно одно на весь город. Даже на всю область. Директор постоянно в командировках, на встречах и в разъездах – выбивает финансирование, или ищет спонсоров, или договаривается с предприятиями, куда возьмут наших выпускников. Это же не обычная школа или стандартное ПТУ. Директор крутится, как белка в колесе. Есть замы, но как-то так сложилось, что всю бумажную работу делала я. Я ведь безотказная. На самом деле “нет” я сказать просто не успевала. Они придут, все на меня свалят и уйдут. А я работаю. Так что да, организовать работу я могу. Не быстро, зато тщательно.

– Ладно, давай тогда осмотрю тебя, и сообщу ректору, что у нас появился завхоз.

Она приложила ко мне штуку, похожую на бляху от фонендоскопа, и поводила ей по телу, по рукам, ногам и по голове, после того, как я сказала, что сильно ударилась.

– Странная ты какая-то, – сообщила мне женщина в итоге. – Но вроде никаких повреждений нет.

Она еще о чем-то подумала, потом достала другую штуку, приложила ее ко мне, подождала, потрясла и снова приложила. Потом растерла ладони и между ними появился голубоватый свет. Я замерла, затаив дыхание. Очень хотелось потрогать это свет, какой он – теплый, холодный? Просто светится или греет? Но сдержалась. Женщина же выставила ладони вперед и сидела некоторое время, прикрыв глаза.

– Слушай, а ты часом не умертвие? – спросила неожиданно.

– А как выглядят умертвия? Так же, как я? – поинтересовалась вежливо.

– Нет, но ты же сама говоришь, что ты иномирное умертвие. Наши не такие, а как выглядят ваши, откуда мне знать.

– Прошу прощения, о том, что я оживший труп, я не говорила. Но если бы это было так, то мне были бы обидны ваши слова.

Это у нас психологи учеников так учат – проговаривать все свои эмоции.

– Так, ладно, с тобой все в порядке, а я к ректору, – махнула на меня рукой женщина и поднялась. – Надеюсь, ты никого не сожрешь, пока меня нет, – сказала себе под нос, выходя из комнаты.

И словно вторя ей, у меня заурчало в животе. Но что-то ужинать тут мне совсем не хочется…

Я осталась одна. Чувствовала я себя на удивление хорошо, оттого все сомневалась, что это не сон. Как говорится, если вы проснулись и у вас ничего не болит, значит, вы умерли. По такой логике я была полным и абсолютным трупом. Хотя нет, единственное, что у меня болело – бедро, которое я нещадно щипала.

Я успела найти уборную с зеркалом, умыться, пригладить непослушные волосы и осмотреть себя. Вроде это все еще я – невысокая тощая сероглазая шатенка с неподвижным лицом. Усилием воли натянула улыбку и тут же стерла ее. Лучше не стоит, выглядит жалко. Ну какое из меня кровожадное умертвие? Если только жертва…

Но жертвой быть отчего-то не хотелось. Я хожу, я дышу, мое сердце бьется, что еще нужно для счастья? И сдается мне, что я получила второй шанс. Значит, в этом есть какой-то смысл, не так ли? Баба Глаша говорила, что не может умереть, пока из меня человека не сделает. Наверное, у меня тоже есть какое-то дело, которое я должна закончить, поэтому я живу?

Так я рассуждала, пока не вернулась женщина. Она обнаружила синяк и радостно залечила, поводив вокруг какой-то штукой.