Книга Изверг его светлости – 2, страница 31 – Марина Комарова

– Сегодня лучше не перенапрягаться, – сказала она, слегка склонив голову. – Но в ближайшее время уже начнется обучение. С пробудившейся магией нужно обращаться осторожно. Безтваж поможет освоить её.

По лицу Безтважа было видно, что он в восторге от этой идеи, но иного выхода нет.

Тем не менее, слова Стеллы внушали странное спокойствие, и я кивнула, хотя в голове всё ещё роилась масса вопросов. Мысли о предстоящем обучении и о том, что моя магия наконец проявилась, слегка будоражили, но я чувствовала, что после всего пережитого мне действительно нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

В этот момент ко мне подошёл Стинек с маленькой чашкой, наполненной тёплым и пахучим отваром. Пар, поднимающийся над чашкой, нёс легкий аромат трав и чего-то терпкого, и, даже не спрашивая, я поняла, что это средство, вероятно, должно помочь мне восстановить силы.

– Пейте, панна, – сказал Стинек внезапно с искренней заботой. – Это уберёт остатки жара и головную боль.

Я осторожно взяла чашку и сделала первый глоток. Отвар был горьковатым, но тёплым и обволакивающим, с лёгким мятным привкусом.

С каждым глотком я ощущала, как тепло разливается по телу, успокаивая напряжённые мышцы и приглушая головную боль. Слабость постепенно уходила, и я почувствовала, как сознание становится яснее.

Какое-то время Стелла ещё была в комнате и о чем-то переговаривалась с Безтважем и Стинеком. Сознание потихоньку заволакивало туманом, а меня со всех сторон обнимала тяжелая и сладкая тьма.

Сначала отдых, потом – всё остальное.

На следующее утро я проснулась, чувствуя себя удивительно бодрой и полной сил. Исчезла не только вчерашняя тяжесть в теле, но и даже малейшее воспоминание о боли.

Хм. Чем это меня опоили?

Странное ощущение невероятной лёгкости, будто мои мышцы и кости были сделаны из тёплого света. Жуткое сравнение, но другого почему-то не приходило.

Я лежала в постели и чувствовала, как везде от кончиков пальцев до самых пяток, что-то едва ощутимо покалывает. Это было похоже на щекотку, но совершенно без дискомфорта. Скорее, как будто в венах, вместе с кровью, игриво бурлят пузырьки шампанского.

Я медленно встала и провела ладонями по коже, ожидая, что странное чувство пройдёт, но оно лишь усиливалось, даря приятное, почти волшебное ощущение силы.

Словно изнутри текла не только кровь, но и что-то новое, чего раньше я никогда не чувствовала. Я даже вдохнула глубже, будто это могло как-то помочь контролировать «пузырьки» и это удивительное покалывание, но от глубокого вдоха оно только усилилось.

– А жизнь-то налаживается, – заметила я, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке.

Вчерашняя слабость осталась в прошлом, и сейчас я едва могла вспомнить, как всё это ощущалось. Это было поразительно – чувствовать себя не просто бодрой, а почти заряженной невероятной энергией. Как будто после отличного отпуска.

На завтрак я спустилась весьма бодро. За столом меня ждал уже накрытый завтрак и Безтваж, который молча поднял взгляд, когда я вошла. Я устроилась напротив него, всё ещё размышляя, как начать разговор, но тревога за Марианну быстро пересилила все колебания.

– Доброе утро. Нам есть о чем поговорить, – начала я, осторожно выбирая слова. – Во дворце… беда. Пропала моя воспитанница, Марианна. Она исчезла недавно ночью и, насколько я знаю, никто не знает, что делать.