Книга Внезапная удача 2, страница 17 – Татьяна Ренсинк

— Вот как? Очень странно… Явно кто-то поспособствовал, — удивился Мамонов и стал взирать на Алексея с высокомерием. — Не велика была птица, уж простите.

— Беспокоить никого в планы не входит, — с не меньшим высокомерием ответил Алексей, окинув Мамонова изучающим взглядом, что тому явно не понравилось.

Усмехнувшись в ответ, Мамонов сделал шаг в сторону и добавил:

— Лишь бы супругу мою не трогали. Остальное меня не волнует.

— Супруга и у меня имеется, понимаю, — кивнул Алексей. — К иным же дамам интереса не имею. Будьте покойны.

— Россия не Швеция, — засмеялся Мамонов, но остался стоять на месте, пока Алексей, продолживший с Озерецковским путь, не скрылся из вида.

Так и подглядывающая за всем происходящим Алёна не продолжила путь к Софье, пока все не разошлись…

Котик серенький,

Хвостик беленький,

Он по улице ходил,

Ночевать к нам приходил,

Лешеньку попросил:

"Пусти меня ночевать,

Я стану всю ночь качать!"

Уж. я тебе, коту,

За работу заплачу:

Лапки вызолочу,

Хвостик высеребрю,

И дам тебе папы*

В обе лапы.

Ты ешь, котик, не кроши,

Еще папы не проси!

У котика, у кота

Кроватка хороша,

А у Лёшеньки мово

Есть получше его.

У котиньки, у кота

Перинка хороша,

У Лёшеньки мово

Есть получше его…

В зелёном уголке, где цветущие в огромных горшках кусты так украшали детскую комнату, что казалось, будто находишься в сказочном саду, Софья укачивала на руках младенца. Она пела колыбельную, но малыш и не думал засыпать. Подняв его перед собой, Софья засмеялась и ласково вопросила:

— Почему же наш сладенький Алёшенька спать-то не собирается? Растёт лапушка, растёт золотой наш, — умилялась она, поднимая малыша перед собой и любуясь им, как самым родным и самым прекрасным созданием на свете.

Подглядывая за нею с малышом в щель чуть приоткрытой двери, Алексей вздрогнул от появления подле него Шуваловой.

— Екатерина Петровна? — прошептал он, на что та слегка коснулась веером своих губ:

— Тише. Ты уже выдаёшь себя. Что ты встал здесь?

— У неё теперь и сын родился? — вопросил Алексей, на что Шувалова пригласила:

— Пётр Петрович…. а давайте прогуляемся с Вами к висячим садам? Уверена, в Швеции Вы такого не видели.

Послушно отправившись с нею, Алексей молчал. Смешанные чувства в душе волновали. Переживание и тоска о прошлом с Софьей вновь терзали… У дверей выхода в висячие сады дворца Алексей остановился перед Шуваловой и молча смотрел в глаза…

— Этого малыша на днях подкинули ко дворцу. Никто не знает, чей он. При нём было лишь одеяльце с вышитым именем. К случаю, имя ему Алексей, что совершенно влюбило Софью.

Удивляясь услышанному, он молчал, а Шувалова, догадываясь о том, что творится на его душе, еле слышно добавила:

— Софьюшка любит заниматься здесь с детьми. Вот и проводит всё время во дворце, уезжая ночевать домой. Супруг её всегда приезжает за нею. Сегодня, правда, прибыл раньше обычного, но будет ждать, когда Софья освободится.

— Удивительное терпение имеет сей господин, — с ухмылкой ответил Алексей, на что Шувалова приняла строгий вид:

— Смотрите…. Пётр Петрович… Будьте осторожны с этим человеком.

— Я уж понял, — выполнил поклон Алексей и поспешил откланяться.

И он, и его собеседница знали, что ему будет трудно держаться от Софьи подальше и скрывать истинные чувства. Желание Алексея видеть её только росло…