Онлайн книга «Правильный выбор»
|
Милана молчала. Её глаза сдерживали непослушные слёзы, но и в доме Милана не сказала больше ни слова. Подруги проводили её, погружённую в свои мысли, к тёплому камину и усадили в кресло. Оставаясь стоять рядом, не снимая шуб и платков, подруги молчали и только переглядывались друг с дружкой… — Вы так быстро вернулись из храма? — вышла к ним Татьяна Васильевна, кутаясь в светлую шаль. — Нет, матушка-барыня, — тут же сказала Ольга. — Не были мы там, вернуться пришлось. — Что случилось? — встала напротив Миланы Татьяна Васильевна и заметила спокойного в её руках голубя. — Барин нам встретился, — продолжала Ирина. — Говорил, что вольную даст, а мы не верим. Уехали поскорее! — А может, и даст, — улыбнулась Татьяна Васильевна. — Да сердиться не станет, что я укрывала вас. Но Милане было не до разговоров. Она решительно заявила, уставившись в глаза нежной к ней барыни: — Я еду обратно. В храм мне надо. — Небось, стоит он там ещё, — махнула рукой Ольга в беспокойстве. — Нет, не выдумывайте, — не согласилась с ними Милана и вручила Ирине раненую птицу. — Побереги голубка, ему помочь надо! Пугливые подруги остались дома, пока Татьяна Васильевна отправилась в храм вместе с Миланой, успокоив тем самым и ей душу, и рядом помолившись о тревогах своей души… 29 Вновь вернулся Алексей домой ни с чем. Но, как только он собрался войти в гостиную, где оставлял друзей, перед ним из библиотеки вышел прибывший в Петербург отец… — Вы? — только и смог сказать Алексей, застыв перед его суровым взглядом, и снял цилиндр. — Что за доносы мне шлют про тебя, Алёша? — строго спросил тот и выпрямился, спрятав руки за спину. — Ты участвовал в мятеже? — Какие доносы, — усмехнулся Алексей. — Ведь ведомо вам, каково видеть гибнувших товарищей. Будь я в ином положении, с полной самоотдачей, и я бы вышел с ними на площадь! За подобное заявление Алексей был удостоен твёрдой пощёчины. — Да, — кивал Алексей в широко раскрытые глаза родителя. — Я предал свои идеалы, вышел из общества и ушёл тогда сразу в отставку! Вы спрашивали меня тогда, почему, Алешёнька, а вот, батюшка, вы воспитали слабодушие во мне! Не в силах я был бороться с общими идеями, способами, которые были неприемлемы для моей чести! — У каждого своё понятие о чести, — согласился отец, еле сдерживая гнев, сложив на груди руки и уставившись в пол. — Но честь заключена в добродетели, и от этого я не позволю тебе отступиться, с кем бы ни пришлось сталкиваться! Не вам вершить! — Отец, — хотел что-то ответить Алексей, но тот взглянул в его глаза и продолжил: — Нет, Алёша, нет… Измени ты вокруг себя сначала что-нибудь в ту сторону, к которой стремишься, а потом уже проси других. И не смей больше дерзить перед государем!.. Пожалей мать. Алексей немного помолчал. Он понял, что отец на его стороне, что поддержка всегда будет, как бы душа ни болела, но она болела и трясла его обливающееся кровью сердце. — Я… Я видел сейчас Милану, — вымолвил он, наконец-то, на что взгляд отца стал спокойнее и немного удивлённым. — Она с подругами подъехала к храму, но они скрылись от меня, не поверив ни слову. — Изменяй всё вокруг себя, как тебе угодно, — повторил отец. — И не жди никого у храма… В самом храме вымаливай, коль грешен. Алексей вдохновенно улыбнулся, а ничего больше не сказавший отец спокойно вернулся в библиотеку. |