Книга Мой милый Гаспаро, страница 10 – Татьяна Ренсинк

— Хорошо, — засмеялась та, возвращаясь с ним в зал.

Внимание их обоих занимали теперь сёстры Захаровы. Однако не смогли не заметить и двух незнакомых молодых людей, Гаспаро и Фабио, которые явно следили именно за Юлией с Алёной, войдя в зал практически сразу за ними.

— Это кто такие? — кивнул в их сторону Павел Александрович, но воспитательница пожала плечами:

— Ума не приложу… Но с ними ведь целовались девицы? Думала, всех гостей знаю.

— Думала, знаешь? — улыбнулся Павел Александрович. — Вы не перестаёте меня удивлять.

— К слову, впервые вижу Захаровых среди кавалеров и крайне не рада сему их поведению.

— Разреши не согласиться? — нежно поцеловал Павел Александрович её руку. — Характер у девушек прекрасный. Этим они и милы!

— Умоляю, — убрала руку воспитательница, а взгляд её стал строгим. — Сыну своему одну из них в жёны отдашь?

— Не знаю, — выпрямился Павел Александрович. — Коль любовь у них будет, препятствовать не стану.

— Ишь какой, — усмехнулась воспитательница и, оставляя его, добавила. — Любовь…

Видя вновь приближающихся к ним Гаспаро и Фабио, сёстры раскрыли веера и стали о чём-то друг с дружкой весело шептаться. Они бросали игривые взгляды вокруг, казались задорными и живущими в этом мире только для получения радости.

С большим интересом наблюдал за ними со стороны Павел Александрович. Он пил шампанское, смотрел на сестёр Захаровых и на представших перед ними Гаспаро с Фабио. Только девушки направили шаг к выходу, оглядываясь на следовавших за ними кавалеров, Павел Александрович осторожно отправился за ними.

Он наблюдал, как весёлые девушки убегали в коридоре в разные стороны, укрываясь в разных комнатах, а Гаспаро с Фабио будто позволяли им скрыться, после чего спешили следом. Данная игра в прятки и догонялки закончилась в одном из кабинетов. Павел Александрович ещё раз оглянулся убедиться, что он один, и подкрался к двери подсмотреть за происходящим…

— Здесь мы музицируем, — сыграв немного на клавикорде, улыбнулась Юлия.

Подхватив мелодию, Фабио стал тут же насвистывать, а Гаспаро запел:

Красный цветочек, роза благовонна!

Для чего ты к моей любви несклонна?

Магнит дражайший! К себе привлекаешь -

Доткнуться сладких уст не допущаешь?

Фортуна злая, як моя драгая,

Любишь не внимая, разум отнимая,

Но даждь мне свою белейшую руку,

Коснися персей — узришь мою муку.*

— Нет, нет, нет, — мотала головой Алёна, состроив гордый вид и сложив на груди руки. — Прекратите свистеть, сударь! Разве не знаете, что свист раздражает домового?

— Или зовёт беды, — добавила Юлия, и друзья сделали виноватый вид.

— Вообще свистеть нельзя? — вопросил Фабио, и Алёна улыбнулась:

— На улице свистите себе, коль хочется, а мне удача требуется да достаток. Вы богаты?

На её вопрос друзья засмеялись, и Гаспаро развёл руками:

— Чтобы пробраться сюда, пришлось искать подходящую одежду да немало заплатить, дабы пропустили.

— Но мы уже написали родным в Италию просьбы о помощи, — кивнул довольный Фабио, а по лицу Алёны видел, что данное обстоятельство её крайне огорчило, как и опустившую взгляд сестру.

— Думаю, вам обоим следует уйти, — строго сказала Алёна.

— Чем неугодны стали? — удивился Фабио, искренне переживая. — Неужто сие знакомство вот так вот закончится, не дав шанс перерасти хотя бы в дружбу?