Книга Графский венец, страница 49 – Татьяна Ренсинк

– Надеюсь, поможет... Я помню, матушка так ухаживала за голубем однажды, – тихо рассказывала Мария ворону. – Она нашла его у дороги. Кто-то или сбил тогда, или животное какое напало. Но крыло было повреждено. Мама сказала, что крыло должно прямо к телу лежать... Надеюсь, я правильно всё вспомнила, и ты быстро поправишься, полетишь к Виллиаму. Ты ведь его ворон. Ты нужен ему.

Выдержав паузу, Мария с глубоким переживанием и подступившими слезами на глазах вздохнула.

– Где он? Как? Куда и кто его увёз?... Я здесь как взаперти. Видеть Бьорна не желаю...

Она вздрогнула от раздавшегося сильного стука в дверь и с испугом оглянулась. К счастью, дверь она заперла сразу на ключ, как только Ида ушла. Но всё равно было страшно, что сюда кто-то сможет ворваться.

– Милая? – вопросил за дверью Бьорн. – Всё ли хорошо? Открой дверь! Я слышал, ты говорила с кем-то!

– Я ложусь спать, – выдала растерянно Мария, но тут же взглянула на себя, ещё одетую.

Закрыть

Как потом смотреть в глаза, что соврала? Но нет, он же тоже лжец и... предатель. Говорил о любви, а сам... С кем он был? Что за любовница? Зачем я здесь? Вопросы наваливались кубарем, а Бьорн снова стучал громогласно в дверь:

– Открой, Мария, умоляю! Я привёз твою одежду и кукол! Только случилось несчастье.

– Несчастье, – эхом повторила она, прижав руки к груди, где сердце до боли загремело от страха за жизнь Виллиама. – Только не он...

Мария ринулась к двери и немедленно её открыла, испуганно уставившись на Бьорна:

– Какое несчастье? Что случилось? Только не смерть!

– Что ты, – удивился Бьорн и протянул руку. – Идём вниз.

– Что там?

– Я не могу сказать. Ты должна увидеть всё сама, – видно опасался чего-то Бьорн, но не мог признаться.

Мария руки не подала, но послушно покинула комнату, мельком оглянувшись ещё раз на ворона. Тот лежал спокойно. Бьорн, как видно, его даже не заметил, что Марию успокоило, и она закрыла за собой дверь.

С тревогой и молчаливо продолжался путь по коридору, потом вниз и к гостиной. Там Бьорн пригласил рукой пройти к камину, а Мария сразу увидела лежащие на журнальном столике детали кукол... Её двух кукол! Одной большой, как пятилетний ребёнок, другой — поменьше... Мария в шоке смотрела на них и узнавала всё: платья, головы, руки и ноги, которые все были сняты с тела и лежали вразброс...

– Что это?!... Почему ?! – еле слышно вымолвила она.

– Я не знаю, – с сочувствием ответил Бьорн. – Такими мы их нашли в замке, но я забрал. Я не знал как сказать... Расстраивать тебя боялся, но вот...

Закрыть

Мария схватила детали своих кукол и повернулась, решительно заявив:

– Я возвращаюсь домой!

– Мари, – хотел что-то с жалостью сказать Бьорн, но она не дала:

– Нет, я видела вас с другой! Я всё знаю! Нет любви, вы лгали!

Мария убежала, прижимая детали кукол к груди. Она спешила, словно боялась, что её настигнут, заставят остановиться и возврата не будет. Только зашла в свою комнату, сразу заперлась на ключ и подбежала к лежащему на кушетке ворону:

– Ты жив, – плакала она, опустившись перед ним на пол, и показала на детали кукол. – Всё так плохо! Всё ужасно! Ты должен выжить и улететь к хозяину, слышишь? Хотя бы ты выберешься отсюда!

Мария рыдала. Смахивая упрямые слёзы, она здесь же на полу принялась прикреплять к туловищам кукол руки, ноги, головы. Не прошло и нескольких минут, как через свой плач Мария услышала нечто странное. Она застыла и прислушалась... За дверью раздался звук...